Книга Без права на побег, страница 177 – Елена Леонтович

Он говорил спокойно, без тени пафоса, но в тоне звучало усталое примирение с прошлым.

— В Штатах меня отдали на усыновление некой миссис Бербоун, — продолжил он. — Женщине глубоко религиозной, искренне верящей, что магия есть проявление дьявола. Её фанатичная забота и постоянное подавление моих способностей сделали своё дело. Так, я начал превращаться в обскура.

Он замолчал, внимательно глядя на собеседников.

Лита, не удержавшись, хотела было вставить вопрос, но Северус мягко коснулся её плеча — мол, подожди. И Бербоун продолжил:

— Вы знаете, что такое обскур, мистер Снейп?

— По этому поводу существует множество теорий, — ответил Северус сдержанно. — Никто до конца не понимает, почему один ребёнок в условиях подавления магии становится обскуром, а другой нет. Я читал труды колдомедиков, но однозначного объяснения не нашёл.

Криденс кивнул.

— Верно. Единственный, кто хоть немного приблизился к пониманию природы обскура, был американец Джосайя Лазар. Он заметил любопытную закономерность: почти все случаи возникновения обскуров происходили у детей, живших близ океана. Он сделал вывод, что влияние водной стихии усиливало внутренний конфликт и разрушение магического ядра.

Он сделал паузу, глядя куда-то вдаль, за стенки палатки, будто снова видел Нью-Йорк, рушащийся под ударом неуправляемой силы.

— Но я знаю одно, — тихо добавил он, — никакого разрушения не происходит и обратимость возможна. Я живое доказательство. Когда-то я разрушил половину Нью-Йорка… и сумел собрать себя заново.

На лице Криденса появилась едва заметная, почти мальчишеская улыбка. Он развёл руки в стороны, словно показывая: вот он, целый, живой, настоящий.

— Всё это я изучал не из любопытства, — добавил он уже спокойнее. — Я просто хотел понять, почему остался жив и что именно сделал неправильно или правильно. В результате нашёл нечто удивительное и ужасное.

За столом повисла тишина. Лита впервые осознала, что перед ней не просто маг, а человек, буквально воскресший из хаоса собственной разрушительной силы.

Солнце давно скрылось за горизонтом, оставив на западе лишь тонкую полосу алого света. Над поляной, где разместилась компания, зажглись первые летние звёзды. Воздух был тёплым, прозрачным и пах цветущими травами. Вокруг, насколько хватало взгляда, тянулись заросшие яблоневые и вишнёвые сады — всё, что осталось от деревни, сожжённой во время войны.

Северус, с лёгким движением палочки, зажёг несколько парящих светильников — тёплые шары магического света мягко осветили поляну. Никто не спешил уходить в палатку: вечер был слишком хорош, чтобы прятаться под крышей. Домовушка принесла чайник с ароматным травяным настоем, и разговор потёк дальше.

Мистер Бербоун, устроившийся поудобнее на складном кресле, заговорил вновь — спокойно, но с той особой интонацией, когда каждое слово звучит как предупреждение.

— Тем не менее — начал он, — не сама водная стихия влияла на тех детей, у которых пробуждался обскур. Истинная причина — в их крови. Магия хаоса, древняя и необузданная, вот что вызывало разрушение.

Он поднял взгляд, и свет от ближайшего фонаря отразился в его чёрных глазах, делая их почти бездонными.

— То, что я расскажу вам сейчас, — продолжил Криденс, — крайне важно. Возможно, эти знания однажды спасут вам жизнь. Вы знаете, откуда пошёл род Дамблдоров?