Книга Без права на побег, страница 148 – Елена Леонтович

Он говорил без нажима, но каждое слово звучало веско, словно за ними скрывалось больше, чем он позволял показать.

— Я не против, — спокойно отозвалась Лита, хотя где-то глубоко внутри холодком отозвалась лёгкая настороженность. — Но у меня вопрос. Что нужно доблестному русскому СВР от убогих британских магов?

Северус чуть заметно напрягся, Август приподнял бровь, а Долохов негромко усмехнулся, разрядив обстановку:

— Да ничего особенного, барышня. Просто кое-какая группа нацистских преступников умудрилась избежать ответственности.

После этих слов повисла короткая пауза, и разговор сам собой начал угасать. Антон Семёнович неторопливо допил чай, поднялся и, поздравив хозяев с наступающими праздниками, вежливо поклонился перед уходом. За ним распрощался и Руквуд, оставив супругов в долгожданной тишине и покое.

В доме стало тихо. В камине лениво потрескивали поленья, рождественская ёлка отбрасывала мягкие блики на стены гостиной. Северус притянул жену к себе и, склонившись к её уху, прошептал:

— Я так за тебя испугался… Теперь Поттер и Блэк даже близко к тебе не подойдут.

Лита приподняла брови и с любопытством взглянула на мужа:

— И что же ты сделал?

— Ничего особенного, — устало, но удовлетворённо ответил Северус. — Просто они перестанут тебя замечать. Для них будет невозможно допустить сам факт твоего существования.

Она удивлённо улыбнулась:

— То есть ты буквально вырезал меня из их восприятия?

— Если объяснять просто — да, — кивнул он.

Лита облегчённо выдохнула, в её взгляде мелькнула тёплая искорка:

— Ну и славно.

Северус тихо усмехнулся, подхватил её на руки и, прильнув к губам, промурлыкал почти шёпотом:

— Тогда пошли… отметим наш первый совместный Сочельник.

Он понёс её вглубь дома, а за окнами, сквозь зимнюю темноту, мерцали рождественские огоньки — как будто и сама ночь благословляла их маленькое семейное чудо.

Встреча в кафе The Flask прошла спокойнее, чем ожидала Лита. Всё утро она готовилась к тяжёлому разговору, представляла резкие вопросы, недовольство, даже осуждение. Но Северус настоял, что она не должна идти одна, и теперь сидел рядом, словно тихо напоминая: «Я рядом, я прикрою».

Отец девушки слушал их внимательно, чуть склоняя голову, как будто прислушиваясь не только к словам, но и к тому, что скрыто. В его взгляде не было холодности — скорее усталость и осторожность, но и желание понять так резко повзрослевшую дочь.

Северус говорил уверенно, выверено как всегда. Его фразы были чёткими, логичными, сдержанными. Он не давил, но всё время направлял разговор, в нужное русло. Лита вставляла реплики, позволяя мужу задавать тон, а самой лишь держаться рядом.

Когда речь зашла о браке и необходимости получить магловские документы для большого мира, отец выслушал их особенно внимательно. Несколько раз он кивнул, и Лите показалось, что он перепроверяет каждое слово не на достоверность, а на искренность.

К её удивлению и облегчению, мистер Эванс не стал спорить. Он только тяжело вздохнул и сказал, что обязательно поможет, согласился заняться оформлением бумаг так, будто это было для него естественным шагом.

Свадебное путешествие в любое время года действительно считалось у британских властей достаточной причиной для законного выезда за границу, и Лита ощутила лёгкое облегчение: пусть она и планировала всё тщательно, наличие официальных документов значительно упрощало их задачу.