Книга Хранители Тории: Город запретных желаний, страница 97 – Дарья Верескова

— Я просто честна, — наконец произнесла она. — И у меня сейчас тяжёлые времена.

А у меня нет? Они знали и про недавние проблемы, и про долг, и про маму.

— У меня сейчас тоже, — высказав всё, я перегорела и тяжело вздохнула. — Что ты ответила ему на его пожелание спокойной ночи?

— Ничего, я же обижена. Это он должен приложить усилия, чтобы уладить наш конфликт.

Я посмотрела в телефон, где Оскар просил меня не опаздывать, и поняла, что если прямо сейчас не сяду в метро, то точно не успею.

— Всё, мне пора. Если ты ничего ему не ответила, он может посчитать, что ты потеряла интерес. Или, возможно, он думает, что твоя обида необоснованна. В любом случае, он ждёт от тебя первого шага. Удачи, я должна убегать.

* * *

Через полтора часа я неверяще смотрела на себя в зеркало, почти не узнавая человека в отражении.

— Нравится? — спросила меня работница салона, и я лишь кивнула, отдавая, вообще-то, безумную сумму за стрижку.

Этот салон был разрекламирован в соцсетях и стоил соответственно, но я ничуть не жалела. Ничего сложного, никакого редкого окрашивания, требующего по семь часов, — просто укладка и стрижка.

Короткая, очень, стрижка шегги-боб обнажала мою шею и плечи, а главное — придавала мне куда больше лоска, чем я могла ожидать. Наверное, потому, что теперь в моём образе чувствовался смысл, ощущались приложенные усилия. Я поняла, что сделаю всё, чтобы научиться укладывать волосы точно так же, и даже записала на телефон объяснения стилиста.

— Уверена, вашему молодому человеку очень понравится, — вежливо произнесла девушка, чуть склонившись, и я точно так же поклонилась ей в ответ. Мы немного разговорились, пока она меня стригла.

А вот я была уверена, что ему совершенно точно не понравится.

— Большое спасибо, — я ещё раз слегка поклонилась и вышла. На улице уже темнело, и ужин с семьёй Оскара должен был начаться… через пять минут.

«Не опаздывай, ты же знаешь, какие у меня родители. Тем более что ты сегодня не работаешь, как я им это объясню?».

От Оскара за сегодня пришло всего несколько сообщений, и те скорее приказные и холодные, потому что он, похоже, он нервничал всё сильнее, а родители расспрашивали обо мне. Он давно забронировал это место и очень хотел показать им свою успешность.

Я опоздала, но не слишком сильно — всего на десять минут, они вполне могли уже заказать напитки и обсудить, что будут есть. Поэтому в ресторан я входила всё с тем же прекрасным настроением, улыбаясь, и сразу заметила, что здесь неожиданно оживлённо. В специальной зоне сидела знаменитость — модель и актриса Хару Шираи.

Глаза Оскара я увидела сразу — расширившиеся, неверящие, его взгляд буквально прирос ко мне по мере того, как я приближалась к столу. Его отец сидел спиной ко входу, а мама — боком, рядом с Оскаром, оставив мне место по левую сторону.

— Извините за опоздание. Здравствуйте, Гильем, Сумису, — поприветствовала я старших лёгким крохотным поклоном и поспешила занять своё место.

Когда Оскар впервые представил меня родителям, мне было очень тяжело называть их просто по именам. Однако Гильем как глава семейства настоял, что именно так принято в Европе и мы должны подавать остальным пример, хотя я видела, что Сумису поначалу чувствовала себя неловко. Но это было очень давно.