Книга Хранители Тории: Город запретных желаний, страница 53 – Дарья Верескова

— Если захочешь остановиться или замедлиться, скажи. У меня откат, — я не совсем понимала, о чём он говорит, но точно не хотела останавливаться.

Мужчина, целуя меня, заставил сделать ещё один шаг назад, пока я не упёрлась спиной в высокий комод, а затем развернул, рывком стягивая мои брюки вниз, до колен. За ними точно так же последовали простые белые хлопковые трусы. Он извернулся, целуя меня в шею, заставляя сжиматься, в то время как большой палец быстро провёл внизу, между складок.

Удовлетворённый, довольный смешок заставил меня покраснеть, потому что он сразу понял, насколько я была влажной.

Я никогда, никогда в жизни не переживала что-то подобное. Стоя, с брюками, которые даже не были полностью с меня сняты. Ещё один поцелуй в шею, сам же он обхватил меня за талию и ниже — за набедренные косточки, заставил бесстыдно выгнуться. Складками я ощутила прикосновение горячей плоти, и она почти сразу оказалась внутри.

Ахх…

Волнение и страх давно вытеснились звериной похотью, и я даже подумала, что могу кончить от одного этого движения. Было немного больно — у меня давно не было секса, и я положила руку на его бедро, не давая ему возможности проникнуть в меня полностью, но не желая, чтобы он останавливался.

Всхлипнула, утопая в безумном водовороте.

— Когда у тебя в последний раз кто-то был? — рыкнул он мне в ухо, почти полностью выходя и делая ещё один рывок — ровно до тех пор, пока я позволяла.

— Мгх… — Смысл его вопроса не сразу дошёл до меня, а когда дошёл, вызвал горячую волну ярости. — Замолчи.

Меня дёрнуло, почти врезало в деревянную поверхность, а после ещё раз, так, что мебель сдвинулась подо мной. Чтобы не упасть, я вцепилась в столешницу обеими руками, убирая ладонь, ограничивавшую ему возможность принять его на всю длину.

Он сразу же этим воспользовался.

Звуки, которые я издавала, были чем-то между низкими беззвучными всхлипами и глухими стонами, мир сузился, по краям потемнело, и ноги почти не держали меня. Хуже всего была наша разница в росте, меня невольно поднимало, вбивало бёдрами в край комода под эти безжалостные толчки, но я даже не могла найти более подходящей опоры, потому что…

— Чёрт, — выругался он, выскальзывая из меня, заставляя почти падать от неожиданности.

Но Джин просто наклонился, окончательно стягивая с меня брюки и трусы, поднимая сначала одну ступню, потом вторую и оставляя в этот момент влажный поцелуй с задней стороны колена. От того, насколько сильно он меня хотел, как жадно обхватывал моё тело ладонями и горячо целовал, голову отключало, перед глазами всё плыло.

Всё закончилось для меня слишком быстро — тогда, когда он буквально поднял меня за бёдра, закидывая одну ногу прямо на комод, и вновь вошёл сзади, кусая за плечо, шею, ухо. Моя вторая нога не касалась земли, я буквально висела на мужчине всем своим весом.

Я не кричала, откинулась на него, переживая самый сильный, наверное, оргазм в моей жизни, открывая и закрывая рот, но не способная вдохнуть достаточно воздуха. Пальцы слепо шарили по дереву, пытаясь нащупать опору.

И всё это время — он вколачивался с бешеной скоростью, удерживая меня за ягодицы и фиксируя мою ногу на весу. Потому что добившись моего оргазма, он перестал сдерживаться.

* * *

Я пришла в себя на кровати, совершенно обнажённая, лёжа на боку. Не сказать, что я потеряла сознание — просто выбилась из сил, не стояла на ногах и плохо соображала. Джин Робертсон оказался очень страстным любовником — он брал меня на весу ещё долгое время, в безумном темпе, прежде чем всё кончилось.