Книга Хранители Тории: Город запретных желаний, страница 115 – Дарья Верескова

— Вы наняли меня потому, что за меня попросил Джин — и по той же причине разговаривали со мной отдельно, — с трудом перебарывая волнение, сказала я.

А после… Идзумо Ятогами замолчал, вперив в меня свои тёмные глаза из-под кустистых бровей. Он ожидал, что я буду говорить дальше, и не собирался реагировать на мои сомнения.

— Я уверена, вы знаете, почему я это сделала. В системе висят по меньшей мере шесть моих жалоб на то, что мы неправильно рассчитываем ИЧР. Я поднимала этот вопрос с Дитером много раз и открыто критиковала расчёт в полевой лаборатории.

— До вчерашнего вечера ваша команда справлялась с расчётами неплохо, и мистер Юсэй Нагахара даже вовремя подкорректировал подсчёт во вторник.

Это я подняла тогда эту тему, Юсэй просто прислушался ко мне! Почему его хвалят, в который раз, за то, что он просто последовал моим выводам, хотя до этого всячески намекал, что я просто трачу всеобщее время?

— Мистер Нагахара и раньше приписывал мои результаты себе, и во вторник именно я обратила внимание на аномальность ИЧР в таких условиях.

Нахваливать саму себя и обвинять кого-то другого было… ужасно. Это самая грязная тактика в корпоративной среде — за жалобы на коллегу никто не похвалит. Жалоба на начальника или человека выше рангом ещё хуже, я выставляла себя той, кто неспособен работать в коллективе, скандальной сотрудницей. А может, и вовсе намекала на то, что их система не работает.

Марго рядом холодно улыбнулась, будто ожидала чего-то подобного.

В любой корпоративной среде такое случается, они не скажут своё мнение обо мне в лицо, но сделают вывод.

— Но вы позволили ему, — спокойно возразил мистер Ятогами. — Мне не важно, как достигаются результаты, до тех пор пока они достигаются. Управленец из мистера Нагахары лучше, чем из вас, он хочет брать на себя лидерство, а такие как вы нужны для выполнения самой работы.

А ещё Юсэй прекрасно умеет ходить на кофе и даже в барбершоп с начальством. Прекрасно умеет продавать свою профессиональную роль.

Ужасно, просто невыносимо хотелось уйти. На самом деле им было плевать на мои переживания, они оценивали меня как ресурс, абсолютно не разбираясь в тех расчётах, которыми мы занимались.

Но эта работа была нужна мне позарез.

— Если я уйду, результаты перестанут достигаться. По крайней мере, частично, — ответила я. Нужно было подыграть им и тоже повысить свою профессиональную ставку. — Я была там, за воротами, и видела, насколько цифры расходятся с реальностью. Вся система опасна, она держится на размытых методах, которые каждый трактует как вздумается, и Джин в любой момент может погибнуть.

Начальник молчал, глядя в окно и что-то там изучая, а затем пододвинул ко мне лист. Сначала меня бросило в пот — я решила, что это приказ об увольнении, наверняка обвешанный кучей условий о неразглашении и запретах появляться в определённых местах.

Но потом взгляд зацепился за строчки. Это была…

Расписка об отказе от претензий на случай, если за воротами со мной что-то случится. В перечень входили увечья, заболевания, смерть…

Я не была сумасшедшей, я ценила свои права, и подобные бумаги всегда считала безответственной дуростью.

— Вы предлагаете мне другую должность?

— Ту же самую, но вы будете собирать данные в Приграничье.

Я продолжала вчитываться в строчки, но почти не разбирала написанного…. Согласие на приём ударной дозы препаратов, о которых я ничего не знала. Я понятия не имела об их последствиях для здоровья, не понимала, скажется ли это на моей возможности зачать и выносить здорового ребёнка. Казалось бы — безумная мысль в такой момент.