Книга Приворот, да не тот, страница 40 – Алекс Найт

Я на носках развернулся и рванула к бальному залу, внутренне кипя от негодования. Понимала, что злюсь больше на себя, потому что не равнодушна, потому что разум пасует перед чувствами. Потому что злиться на него легче.

Эмилия

Вручение должно было начаться в скором времени. Но атмосфера праздника меня не коснулась. Я оглядывала толпу скучающим взглядом, здоровалась со знакомыми, временами отвечая на комментарии Беттильд.

— Что же ты не в брюках, Мили? — наглец Лука на мгновение притянула меня за талию, подойдя ко мне со спины.

Зло одернув юбку, я отпрянула от него. Что он себе позволяет? Совсем стыд потерял. Но гневная речь так и не была произнесена, мой взгляд вдруг выхватил руки Луки, точнее характерную пигментацией синим цветов в районе ногтей. Смерив Луку строгим взглядом, я отвернулась, а мысли мои все возвращались к его рукам. Ведь так может окрашивать крушина. Мне запомнилось это свойство потому что профессор Лейтен почти неделю ходил с такими руками. На мое любопытство он пояснил причины и даже кратко рассказал о крушине. Она не используется в обычных ритуалах, лишь в ритуалах некромантов. С крушиной работают только боевики, чтобы они понимали, что такое магия смерти, ведь некромантия запрещена.

— Ох уж этот Лука, — фыркнула Беттильд. — Что только Вероника в нем находила? А кто-то говорит, она выпрыгнула из окна из-за несчастной любви. К нему? Очень в этом сомневаюсь.

— Вероника? Вероника фон Вейтшальд?

— Да, она, — подтвердила Беттильд. — Однажды я застала их объятия.

Надо же, я не знала, что бедняжка Вероника встречалась с Лукой. Да и как она решилась? Он же даже не аристократ. Насколько помню, она вышла замуж, но потом разбилась насмерть, выпав из окна. Большинство считает, что она сама выбросилась. Но Вероника не производила впечатление неуравновешенной девушки, хотя не так уж я ее и хорошо знала, она была на два курса старше меня.

— Знаешь, а ведь с крушиной пришли еще ягоды Глума и безвременника, — пробормотала я, вновь возвращаясь к своим мыслям.

Ведь потому руки умершего профессора и были синими, он принимал партию ингредиентов, в котором пришла крушина. Безвременник с дурман-травой используется для зелья, подавляющего волю, если конечно использовать еще побеги агниса, тоже редкого и дорогого ингредиента. А вот другие пропавшие травы как раз нужны для ритуала некромантии, если задуматься.

— Не расслышала.

— Мне надо кое-что проверить.

Помня предупреждение Дезмонда, я отправилась на его поиски, но так и не отыскав его в зале, решила поискать в лаборатории. Быстро покинув бальный зал, я отправилась к лестнице.

— Эмилия! Куда ты так бежишь? — Беттильд нагнала меня на лестничной площадке. Зачем вообще решила догонять? — Там уже начинается, пошли обратно.

— Я недолго, Беттильд, — обернулась к подруге, злясь на нее за проявление любопытства. Тут в двери, ведущие на лестницу вбежал Лука.

— Куда-то спешишь, Мили? — его взгляд пугал, светилось в нем что-то темное и предвкушающее. Ответить я не успела. Он вдруг бросил что-то в меня. Я подалась назад, закрывая лицо. В нос ударил резкий запах безвременника.

Я проснулась от холода. Тело било дрожью, я попыталась обнять себя, но не вышло. Руки оказались связаны за спиной, как и ноги. Мышцы затекли и нещадно болели. До обоняния доносились запахи плесени и сырости. В помещении царила полутьма, слышались звуки капель, падающих с высоты. Я завозилась, пытаясь приподняться. И мне как-то даже удалось сесть, хотя я ощущала невероятную усталость. Из меня будто тянули силы. А потом я осознала, что так оно и есть. Я лежала у одной из граней магической пентаграммы, вычерченной на полу. У других четырех граней лежало еще четыре девушки. Но они не подавали признаков жизни. Беттильд лежала ближе ко мне. А лица остальных были скрыты волосами и теменью.