Книга Отбор вне правил, страница 102 – Алекс Найт

— Себе, если точнее. Это ужасно! — мой крик разнёсся эхом по коридору.

— Не ори, — шикнула на меня Валентина, подняв руку для пощёчины, но я даже не отшатнулась, а она так и не ударила. — Это дело прошлого. Я делала вещи и хуже, не надейся меня пристыдить. Я дала тебе новую жизнь, возможность обрести богатство. Здесь ты — особенная, а там была бы одной из многих, дочерью бедняков.

— Вы не имели права решать за меня, — процедила, до хруста стиснув ладони в кулаки.

— Я уже решила, — жёстко произнесла она и взмахнула рукой, пресекая споры. — Иди за мной. Я выведу тебя из дворца.

Она двинулась по коридору, больше не глядя на меня. Из груди рвались рыдания, сердце раздирало на части от переполняющих его злости и боли. Воспоминания накатывали волнами, возвращая образы родных и друзей из далёкого детства. Как много я упустила. Живы ли они? Помнят ли меня? Может, ищут? Но Валентина права в одном, сейчас это неважно. Мы должны выбраться, покинуть дворец и этот ужасный отбор.

— Отведите меня в темницы, и будем считать, что на этом наши дороги разошлись.

— Хочешь спасти его? — насмешливо спросила она.

— Дамиан — единственный важный человек в моей жизни. Я скорее умру, чем отрекусь от него.

— Что ж, идём скорее, — мрачно фыркнула Валентина. — Не люблю долгих прощаний.

/Дамиан/

В камере не было окон, и смену времени суток я мог отмечать по приёмам пищи. Довольно неплохой для тюремной еды ужин прошёл часов пять назад, судя по ощущениям, и сейчас царила поздняя ночь. Я лежал, закинув руку за голову, и смотрел в потолок, пытаясь заставить себя расслабиться. Кто знает, что принесёт завтрашний день, мне нужно хоть немного отдохнуть перед следующими испытаниями, но сон не шёл. Я волновался за Камиллу, переживал за неё даже больше, чем за себя. В моём случае это привычка, случались ситуации и хуже. Но раньше было кому прикрыть спину, а сейчас я находился в свободном плавании. Умом я понимал, что и Камилла привычна к опасности, что как раз её жизнь в безопасности, но принять это не мог. Казалось, я подвёл её, не смог уберечь, хотя и обещал.

В щелях выдвижного окошка двери мелькнул свет — стражник совершал обход. Пару часов назад в тюрьме царило некоторое оживление, после чего целый отряд прогромыхал вверх по находящейся рядом лестнице. И это тоже мучило, интуиция подсказывала, что произошло нечто серьёзное, но мне неоткуда было вызнать подробности. Снова в тёмных подземельях тюрьмы наступила тишина. По крайней мере, ещё на два часа до следующего обхода.

Мне кажется, я успел задремать ненадолго, когда раздался тихий скрежет замка двери. Распахнув глаза, я проморгался, вглядываясь во мрак камеры. Свет полился через открывшийся проход, ослепляя привыкшие к темноте глаза. Интуиция вопила об опасности, и я, не привыкший её игнорировать, поднялся с кровати, приглядываясь к вошедшему в камеру человеку.

— Сбежал от меня, но всё же попался, — хрипло усмехнулся Викториан, ставя фонарь на пол возле двери.

Я наконец привык к освещению и смог разглядеть фигуру Палача. В руках он держал взведённый арбалет. Наконечник болта направился точно в мою грудь, готовый в любой момент отыскать путь к сердцу, чтобы прервать жизнь. Я настороженно замер, сам взведённый, словно тетива, намеренный броситься в сторону, но умом понимал, что пространство камеры маловато для быстрого реагирования.