Книга Хранительница Мира, страница 152 – Алекс Найт

Пробежав между невысокими скалами, они остановились, осматривая пролесок с редкими кустами. Скалы защитили его от взрыва, и Лалиэн невольно рассмеялась, увидев, что ловушка почти цела. Ветряные потоки припорошили травой внешние грани круга, сдвинув камни, из которых он и был составлен. Они все ринулись поправлять построение ловушки. Лалиэн буквально рухнула на колени, почти не обращая внимания на боль. Сдвинула мелкие камушки ладонями, воссоздавая одну из граней. Аркарион и Ривен тоже спешно восстанавливали магический рисунок. В паре десятков метров находился еще один такой же круг, но монстр уже близко, а поддержание барьеров требовало слишком много сил, которые нужнее для ритуала.

Заметив, что узор сложной пентаграммы восстановлен, Лалиэн положила ладони у одной из внешних граней, направляя в него магию. Вскрикнула, стиснув челюсть, когда дух ударился о барьер.

— Держись! — воскликнул Аркарион.

Он подполз ближе, обнял ее со спины, словно пытаясь защитить от обрушивающихся сверху ударов.

Магические узоры наполнялись силой, светили так ярко, что слепили глаза. Дух нижнего мира резко отпрянул, вновь закручиваясь в дымчатый смерч. Он попытался отлететь, но теперь сила круга тянула его к себе, готовая в любую секунду заключить в ловушку.

Силы покидали с каждой секундой. Лалиэн уже не видела ничего вокруг, лишь слепящий свет. Не чувствовала боли в ушибах и ожогах на ладонях. И лишь крепко обнимающие ее руки позволяли держаться, не терять контроля. А потом свет померк, когда дымчатое тело духа, наконец, утянуло в центр пентаграммы. Казалось это невозможно, но Лалиэн отчетливо услышала звон кристалла о камни, когда брат бросил его. В этот момент все иные звуки заглушил разъяренный рев духа. В нем явственно слышались ненависть и досада.

Секунда… и все пропало. Дух исчез, к небу поднялась дымка от обугленных камней. А по центру лежал кристалл, о стенки которого бился плененный дух.

Они справились. Победа.

Лалиэн устало откинулась спиной на грудь Аркариона. Он обнял ее, крепко, надежно.

— Ты молодец, — поцелуй, коснувшийся виска, был последним, что она почувствовала, прежде чем уплыть в темноту.

Холодно. Сила бурлила, разносилась по венам ледяной крошкой, оседая инеем в легких. Я металась, пытаясь согреться, обуздать замораживающее пламя в груди. Вдали раздавался голос Дайроса, он звал, успокаивал меня и уверял, что все будет хорошо. Я ему верила и все пыталась вырваться из ледяных оков сна. А когда, наконец, стало тепло, я открыла глаза.

В первые секунды я не могла понять, где нахожусь и что произошло. Мысли текли вяло и бессвязно. Я лежала, закутанная в одеяла. Со спины согревало пламя костра, а впереди тепло тела Дайроса. Он обнимал меня, осторожно пропуская между пальцев мои волосы.

— Дэй, — позвала хрипло.

— Александра! — Дайрос встрепенулся, приподнялся, но я сильнее прижалась к его груди, только сейчас осознавая, что он обнажен. Да и на мне лишь тонкая рубашка и носки. — Как ты себя чувствуешь?

— Странно. Я… — нахмурилась, пытаясь припомнить, что произошло.

В последнее время я успела привыкнуть к тому, как исчезает одно воспоминание за другим. Потому оказалось сложно припомнить, что происходило днем.

— Орамер! — ладонь метнулась к груди, но медальона не было.