Книга Воительница, страница 277 – Алекс Найт

— Она предлагает варианты твоего умерщвления. Вспомнила один мой нелюбимый способ, – криво улыбнулась я, на что он только неоднозначно хмыкнул, явно мне не поверив.

Девушка же спешно расставила блюда на столе и унеслась прочь, даже не испросив разрешения. Кажется, Кассиэль велел ей уйти, как только необходимость в ней пропадёт. И вот я осталась наедине со своим бывшим мужем. И впервые позволила себе взглянуть на него оценивающе. Естественно, бессмертный не изменился, разве что укоротил длину волос, что придавало его облику непривычную строгость. Прежняя причёска больше подходила его образу художника, который мне удалось лицезреть. А таким я не могла представить его у холста с кисточкой в руках. Хотя, возможно, всё дело в глазах. В них кипела энергия, смешиваясь в опасный коктейль со злостью, бешенством и… нежностью.

— Я, правда, не хочу разговаривать, Кассиэль. Нам нечего обсуждать, – произнесла опустошённо.

Не желала выяснять отношения, бросаться обвинениями и ловить упрёки. Атайя сослужила свою службу, я не могла по-настоящему возненавидеть Кассиэля, нам обоим было это известно. Только и любви не случилось, по крайней мере, настоящей.

— У нас всегда были темы для разговора. И когда я был твоим пленником, и когда мы поменялись ролями.

— Хочешь обсудить погоду? Или предстоящий ритуал? – язвительно предположила я.

— Хочу узнать, что произошло в тот день. Услышать, как проходила твоя жизнь. Ты… кано центуриона. Это невероятно, Натали.

Дрожь прошила тело, так давно никто не обращался ко мне по имени, а сегодня я слышала его даже слишком часто.

— Проще простого, главное, вовремя фасовать трупы и не попадаться, – фыркнула я, присаживаясь в кресло.

Есть хотелось нереально. А потом понежиться в горячей ванне и поспать. Уверена, завтра мысли улягутся, станет проще. Вот только у Кассиэля были иные планы на этот вечер.

— Расскажешь? – он занял место напротив меня.

— Если пообещаешь, что потом уйдёшь.

— Завершу наш разговор и попрощаюсь на этот вечер, – произнёс он после некоторых раздумий. – Обещаю.

— Имей в виду, что твои монологи за разговор не считаются.

— Ты всё такая же, – чересчур тепло для моего самообладания улыбнулся он. – Я надеялся… В глубине души всегда надеялся, что ты не погибла, а сбежала. Даже пытался искать твои следы. Не нашёл, но продолжал надеяться. И оказался прав. Ты не могла умереть.

— Поверь мне, за это время я пыталась умереть сотни раз.

— Я имел в виду охоту. Именно так, от когтей криптофога не могла.

— Ты оказался прав, я жива, так хотела от тебя сбежать, что сговорилась с твоей бывшей, инсценировала свою смерть и избавилась от всех свидетелей. Думаю, мои поступки говорят красноречивее слов, насколько сильно было моё желание уйти. Так к чему разговоры?

На лицо Кассиэля набежали тени, на мгновение делая его невероятно уязвимым, грустным, но серафимы умели носить маски: он снова принял невозмутимый вид.

— Мы были женаты, Натали. Проводили дни и ночи вместе. Ты знала о моём отношении.

— И заставила тебя страдать. Ты что, мазохист? Или уже отболело и просто любопытно?

— Говорю же, такая же, – на твёрдых губах Кассиэля появилась горькая усмешка. – Я просто хочу поговорить. Это немного.

Но разговоры с ним и послужили началом всей этой истории…