Книга Ведьма и драконий военачальник, страница 39 – Алекс Найт

— Красивые рисунки, — отметил я, принявшись осторожно листать книгу.

Внутри ждали комбинации сигм, рецепты зелий, описания животных и растений. Практически каждую страницу украшали иллюстрации. Рени собрала в своём гримуаре наблюдения и знания из своей жизни.

— Я только учусь. У старших гримуары такие толстые. Ими можно убить, — хихикнула она.

— Вы молоды. У вас всё впереди, — отозвался я с улыбкой. — Как проходит обучение среди ведьм? Ведь вряд ли есть академии, как у нас.

— Нет, — рассмеялась она. — На самом деле ведьмами не рождаются, ими становятся благодаря знаниям. А знания передаются от старшей ведьмы к младшей: матери обучают дочерей, а тех, в свою очередь, обучают их матери. Мама многое мне дала, а когда её не стало, мне помогала глава ковена и другие старшие ведьмы.

— Глава ковена? Вы про знаменитую Валери Сигаль?

Императрица Тринаты Валери Грамон получила имя в честь бабушки, сильной предсказательницы, которая активно участвовала в деятельности всех стран.

— Да, глава была строгой, но всегда помогала младшим ведьмам, — закивала Рени.

— Как интересно, — я положил книгу на край стола, чтобы она могла её забрать. — Спасибо. Если кому скажу, что держал в руках настоящий гримуар ведьмы, все обзавидуются.

— Ничего же особенного, — рассмеялась она.

И её смех прошёлся нежной волной вдоль позвоночника. Я радовался, что Рени смогла хоть немного расслабиться. Начало положено.

— Я не шучу. Ведьмы ведь редки и загадочны.

— Не все. Я как открытая книга, — отмахнулась она.

— Вам только так кажется. Вы во многом мне непонятны, мисс Санглер, — признался я.

— Кто бы говорил, — она смешно прыснула, но сразу же ахнула, резко выпрямилась. — Простите.

— Мы наедине, стараемся наладить общение. Всё в порядке.

— Хорошо, — кивнула она, опуская взгляд.

Слишком быстро опомнилась.

— Сладости на подоконнике, — подсказал я. — И заваренный чай.

Рени наверняка хотела бы сейчас отдалиться от меня. Так оно и оказалось. Девушка подскочила с кресла и торопливо прошла к подоконнику.

— Вы будете чай, жнец Сеймур? — спросила она, не оборачиваясь ко мне, но от меня не укрылось, как подрагивают её плечи.

— Буду. Спасибо.

Ничего, мы только в начале пути. Однажды она увидит во мне друга и защитника. Я сделаю для этого всё возможное.

/Ведьма/

Две недели спустя.

Аарон неторопливо подпиливал миниатюрные деревянные кирпичики. Инструменты оживали в его умелых руках. Но вопреки сложности работы его лицо оставалось расслабленным. Лишь иногда проскальзывала складка между густыми чёрными бровями и напряжённо поджимались твёрдые губы.

Карандаш порхал по альбомному листу почти неосознанно. Я никогда не стремилась запечатлеть лица или других людей, за всю жизнь нарисовала лишь несколько портретов матери и отца, но здесь не могла справиться с собой. Потому что неожиданно для себя осознала красоту Аарона…

Без чёрной формы, в обычной расстёгнутой на две верхние пуговицы рубашке, с отросшими растрёпанными волосами, инструментами в руках и мягкостью в чертах лица — он представал мужчиной, в котором можно увидеть больше, чем начальника. Не в любовном формате, конечно, но я задумывалась о том, что действительно хочу стать ему другом. Пусть ещё боялась, пусть переживала вспышки пугающих моментов, но их постепенно стирал настоящий образ Аарона. Я начинала понимать, почему Соня, как сама выразилась, вцепилась в него клещами. И ловила себя на мысли, что хочу так же. Схватиться за него и не отпускать. Ведь узнала: он может стать верным и надёжным защитником, другом, опорой.