Онлайн книга «Последний шанс Гесса»
|
— Реакция на угрозу, — продолжил он, его взгляд не отпускал меня, заставляя видеть картину снова. — Камнепад — это не внезапный выстрел снайпера. У него есть предвестники. Звук сдвига породы. Пыль, осыпающаяся сверху. Первое действие — никогда не бежать вдоль оси каньона. Это ловушка. Вбок. Вверх, если возможно. К первому же выступу, нише, против направления основного схода. Годится любое укрытие, даже частичное. Второе — если есть доли секунды и возможность, можно попытаться изменить поток камнепада. Заряд навесом, чтобы отклонить основную массу. Как мы делали в симуляции с кислотным озером на прошлой неделе. Помнишь? — В его голосе, обычно таком ровном, прозвучал отголосок… чего? Настойчивого напоминания? Или уверенности, что я способна это понять, усвоить? Он замолчал. Его взгляд был ясным, прямым, без тени фальши или снисходительности. Ни слащавого «ты не виновата», которое звучало бы как насмешка. Ни осуждающего приговора, который я сама себе давно и беспощадно вынесла. Конструктивный разбор полётов. Причина. Следствие. Инструкция к действию на будущее. Чтобы взять с собой этот опыт в ад Майрана, куда нам обоим придётся вернуться. Твёрдое знание вместо призрачного успокоения. — Спасибо, Гесс, — прошептала я. Голос, к моему удивлению, звучал крепче, чем я ожидала. Горечь, вина — никуда не ушли, не растворились. Просто сверху легла тонкая, но прочная плёнка понимания и… странного, щемящего облегчения. Как будто гнойник, наконец, вскрыли, и боль была хоть и острая, но уже совершенно не та. Он кивнул, коротко, деловито, и взял свой видер. Пальцы, сильные и уверенные, привычно скользнули по экрану, вызывая детализированную карту «Зубьев». Профиль Гесса в тусклом свете кают-компании казался высеченным из серого гранита — суровый и непоколебимый. Но когда его взгляд скользнул с экрана на меня, в нём мелькнуло что-то… неожиданно тёплое? Словно искра. Мгновение — и исчезло, растворилось в привычной сдержанности. Он не просто смотрел — видел меня, мою боль, мою попытку понять. И в этой внимательности, в его молчаливом признании была огромная сила. — Проверь всё своё снаряжение. Полный осмотр. Отбой через два часа, — его голос, снова ровный и командный, вернул к суровой реальности. Он поднялся, тенью скользнув к двери. Замер на пороге, его силуэт резко вырисовывался на фоне тускло освещённого коридора. Медленно оглянулся. — Есс. — Да? — Я подняла на него глаза. Тик-так. Тик-так. Хронометр отсчитывал последние часы перед прыжком в бездну. Лицо в полутьме дверного проёма было трудно разглядеть, но я чувствовала его напряжение, исходящее волнами. — Я пойду… прогуляюсь. Как закончишь, пожалуйста, зайди в каюту ко мне. Обещаешь? От неожиданности я не нашлась что сказать. Только кивнула, с немалым трудом скрыв непрошеную улыбку. Он вышел, мягко закрыв за собой дверь, оставив меня наедине с моей глупой улыбкой и мыслями. Но теперь игра мне казалась… не такой безнадёжной. И не такой одинокой. ✸✵✸ ¹ «Кодекс инспектора Флота: Руководство по взаимодействию с неудобными реалиями (Изд. 2567 г. В.О.)» ✸✵✸ Глава 36. Послание в пустоту «Параграф 6.11 (Доп.): Взаимодействие с неудобными реалиями неизбежно влечет за собой моральные издержки. Эффективность оператора измеряется их минимализацией при максимальном результате».¹ |