Книга Волны судьбы и таинственная академия, страница 62 – Мария Сухова

Ксюша присела рядом, обнимая сестру за плечи, и её руки дрожали не меньше, чем у Ани, но в этом дрожании была не слабость, а сдерживаемая, кипящая энергия.

— Ну ладно… Это всего лишь волосы, Ань. Отрастут, — попыталась она утешить, гладя сестру по неровным прядям, и в её голосе слышалась отчаянная попытка удержать контроль, не дать ярости выплеснуться раньше времени. — Ты всё равно красивая…

Внезапно Ксюша замолчала. Она посмотрела на тяжёлую косу сестры, потом на валявшиеся рядом ножницы. В её глазах блеснул опасный огонёк — холодный, решительный, тот самый, который появляется, когда человек перестаёт бояться последствий. Резко выдохнув, она схватила ножницы, металл глухо звякнул в её руке.

— Ксюш, ты чего?.. — прошептала Аня, перестав плакать от удивления, и в этом тихом голосе слышался неподдельный испуг.

Не говоря ни слова, Ксюша взяла свою собственную толстую косу, перекинула её вперёд и одним резким, уверенным движением отсекла её у плеч — так же, как у Ани. Движение было настолько стремительным, что казалось почти красивым в своей отчаянной решимости.

Аня смотрела на неё в полнейшем шоке, глаза расширились, в них застыл немой вопрос, на который не было ответа. Ксюша встряхнула головой, рассыпая по плечам короткие каштановые пряди, и на секунду в её лице мелькнуло что то похожее на облегчение.

— Давно хотела их обстричь. Тяжёлые до жути. Так легко голове стало, — сказала она почти весело, но голос предательски дрогнул, выдавая, что это не просто слова, а попытка удержать себя на краю пропасти. — Теперь мы снова с тобой одинаковые. И того, кто это сделал, мы всё равно накажем.

Ксюша быстро сделала несколько фотографий: новая причёска Ани, отрезанная коса на земле, ножницы рядом — каждое изображение ловило момент, фиксировало преступление, чтобы никто не смог сделать вид, что ничего не было. Затем аккуратно, почти с благоговением, собрала все волосы и сложила их в свою сумку, будто это были не просто пряди, а доказательства, улики, ключ к справедливости.

Её телефон пискнул, прерывая этот хрупкий момент, звук прозвучал до странного громко, как выстрел в тишине. На экране высветилось уведомление из студенческого чата. Ксюша открыла сообщение.

Видео. Смеющееся лицо блондинки старшекурсницы. За её спиной виднелась поверхность озера, отражавшая закатное небо, и от этого контраста — невинного пейзажа и жестокого лица — становилось ещё страшнее. Затем кадр сменился на испуганное фото Ани с отрезанной косой.

«Смотрите, какая цаца! Получила своё. И так будет со всеми, кто будет лезть к Максу! Ха ха ха!» — засмеялась блондинка, и её смех звучал как приговор.

Мир для Ксюши сузился до размеров экрана телефона. Ярость, которая копилась внутри, превратилась в чистое, холодное бешенство — такое, что, казалось, от него можно было поджечь воздух.

Она вскочила на ноги так резко, что сумка упала, и этот глухой стук прозвучал как финальная точка.

— Найду. Убью, — выдохнула она, и в этих словах не было бравады, только ледяная, беспощадная решимость.

— Ксюша, стой! Не надо! — крикнула Аня вслед убегающей сестре, голос сорвался на хрип, полный страха не за себя, а за ту, кто сейчас была готова броситься в огонь ради неё. Но Ксюша уже неслась в сторону озера, где обычно собирались студенты, и её силуэт растворялся в золотистых лучах заходящего солнца, оставляя после себя только эхо ярости и обещание возмездия.