Книга Книга для тебя, страница 7 – Ника Волшебница

— О, нет-нет, всё нормально! — я почувствовала, как щёки начали гореть от смущения.

— Ну, смотри! — она завела машину, и включилась музыка, весьма удачно заглушившая протяжное урчание в моём животе.

Автомобиль покатил дальше, рассекая редеющую уже темноту.

Четверть часа спустя мы сидели на огромном плоском камне, наблюдая, как аспидно-чёрная гладь воды начинает медленно розоветь.

Айя достала из багажника пару уютных пушистых пледов, маленький раскладной столик и коробку шоколада.

— Ого, ты затаренная.

— Никогда не знаешь, когда и куда занесёт судьба, а я очень люблю комфорт.

Мне определённо нравилась философия этой девушки! Она словно была моей полной противоположностью, и тем самым тянула к себе, как магнит.

Я сделала глоток латте и не удержалась:

— Вау!

— Ты никогда не пробовала кофе? — Айя расслабленно смотрела на светлеющий горизонт.

— Нет, пила, конечно, — я опять начала предательски краснеть. — В детстве… Но он был таким горьким и гадким… А это как будто другой напиток!

— Вот! — она села прямо, глянув на меня!

Я остановила круассан на полпути ко рту.

— В детстве ты узнала, что кофе — это что-то гадкое. И всю жизнь считала, что этот напиток не стоит больше пить. Так?

— Ну, — я кивнула, всё ещё не понимая, к чему она клонит.

— В детстве тебе сказали, что вся жизнь — пахота. И ты держишь эту информацию в своей голове так же уверенно, как то, что кофе — гадость. Сделай из своей жизни латте с шоколадом.

Рука с круассаном упала на колено. Секундное озарение сменилось скепсисом.

— Я понятия не имею, как это всё исправить. Если я брошу свою дурацкую работу, через месяц окажусь под мостом. А возвращаться к родителям я вообще не хочу!..

— Ты понятия не имеешь, потому что засунула нос в свою банку с горелым кофе, и дальше этого ничего не видишь.

— Ну, подскажи, как увидеть, — я почувствовала, как злость поднимается в груди: легко философствовать, когда ты маленькая, беззаботная и под крылом у богатого папы.

Айя задумалась, потягивая через трубочку ароматный напиток.

— Придумала! — она хлопнула ладошкой по бедру. — У меня дача есть!

— У тебя, дача? — я опять почувствовала противный привкус тины и быстро разжевала сёмгу, пытаясь его заглушить, а потом утешила себя тем, что, наверное, это какой-то захудалый домик с удобствами во дворе.

— Да, дед передал по наследству. Никто туда не ездит, она пустует… Ты мне жизнь ведь спасла, по большому-то счёту. Никто же не вышел, кроме тебя, хотя орала я так, что весь район на уши должна была поднять… Я хочу хоть чем-то отблагодарить тебя. Так вот, ты можешь пожить там. Сколько захочешь. Увидеть другую реальность.

Я уставилась в розовеющий горизонт, пытаясь подавить волну счастливого предвкушения, мешающегося со стыдом: теперь мне совсем не хотелось, чтоб это был захудалый домик…

— Блин, нет… А работа? Еда? А если твои родители захотят поехать на дачу?..

Айя глянула на меня из-под бровей:

— Я взрослый человек. Дача — моя. Родители уважают мои личные границы и даже не подумают ехать её проверять. В любом случае, я им скажу про тебя. Так что об этом не переживай. Еду закупим впрок. Ну, и там магазинчик есть, и соседи натурпродукты продают, — она усмехнулась. — А насчёт работы: увольняйся сегодня же. Чего тянуть? — она откусила круассан.