Книга Книга для тебя, страница 102 – Ника Волшебница

— Я постараюсь, — я взяла в руки телефон и увидела сообщение на экране: «Ну как прошёл первый день?»

Сердце ёкнуло: надо же, Марс помнил, что у нас сегодня открытие, хотя я упомянула это давным-давно и вскользь.

Подавив желание поделиться всеми подробностями и нагрянувшей радостью, я ответила лаконично: «Пока тихо, к сожалению…» — нажала на кнопку отправки и прижала телефон к груди, не сдержав улыбку: он думает обо мне…

* * *

В следующие три дня к нам так никто и не зашёл.

Редкие прохожие даже не поворачивали голову в сторону нашего магазина, хотя мы по несколько раз в день проверяли, горит ли вывеска над входом и не засыпало наш баннер снегом.

— Да ну, бред какой-то! Скоро аренда, коммуналка, а у нас ноль в кассе. Ни черта, так не годится! — на четвёртый день Айя вышла из себя и, ни слова больше не сказав, сбегала за курткой и направилась к выходу.

— Ты куда? — я вдруг испугалась, что кто-то придёт, а я тут одна.

— Решать проблемы! — ноздри подруги раздувались, как у дракона перед тем, как он выпустит огонь. — Не боись, ты справишься без меня с этим нереальным наплывом покупателей! — подруга саркастично хмыкнула, обведя взглядом пустое помещение, и хлопнула дверью.

— Теперь у нас нет шанса прогореть! — Айя ввалилась в мою спальню в одиннадцатом часу ночи, впустив поток света из коридора.

Я, почти уже заснувшая, сначала зажмурилась, а затем подскочила на кровати и проморгалась.

Волосы подруги — первое, что я увидела в луче света — были растрёпаны, словно она пробежала марафон. Спортивный костюм помят, как после дальней дороги. Но взгляд при этом горел счастливой безуминкой.

— И что же ты сделала?

— Неважно! — Айя жизнерадостно улыбалась, глядя в телефон. — Но если завтра люди к нам не пойдут, то тогда я уж не знаю… Ой, прости, что подняла, — только сейчас подруга посмотрела на меня осмысленно. — Ложись, отдыхай. Возможно, завтра тебе понадобится много сил…

Айя вновь разблокировала телефон и вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Мой тревожный ум стал было генерировать очередную порцию беспокойства, но утомление от бездействия оказалось куда сильнее бесконечных переживаний за собственную несостоятельность.

— Заткнись! — я бесцеремонно вслух оборвала начинающуюся круговерть мыслей и, помягче подбив подушку, плюхнулась на неё.

* * *

— Ну что, готова к победам?

Я только встала и, не умывшись, вышла проверить где подруга. Айя сидела на кухне с кружкой кофе в одной руке и опять телефоном — в другой и выглядела так, словно она и не спала вовсе.

— Да, наверное, — проговорила я сквозь плохо сдерживаемый зевок и пожала плечами: о каких таких победах речь? Что могло измениться за одну ночь?

— Тогда вперёд! Одевайся, завтракай — и откроемся сегодня пораньше, — от подруги веяло нетерпеливым возбуждением, которое передалось вдруг и мне.

Я быстренько привела себя в порядок, опрокинула чашечку чая с золотистыми соцветиями, названия которым не знала, но была уверена, что они поднимали настроение (именно они, как я выяснила экспериментальным путём, были когда-то в чае Ирмы, после которого я ещё долго ходила счастливая), и глянула на часы:

— Ещё же рано?

— Ничего, главное, что не поздно, — Айя без остановки что-то строчила в телефоне, и меня это начало раздражать.