Книга Мой безжалостный куратор. Академия Крайгис, страница 6 – Алиса Князева

Но элементаль не побеждён. Он замирает лишь на секунду, а затем, собирает последние силы для отчаянного, безумного броска.

Алрой Вентарис не делает ни одного лишнего движения. Его рука покидает карман, небрежный взмах.

Перед элементалем возникает стена сжатого воздуха. Огненный шар врезается в неё и рассыпается на тысячу безобидных искр, которые гаснут, не долетев до пола.

Алрой медленно опускает руку, поправляет манжет. Он даже не запыхался. Затем поворачивается ко мне.

В его бирюзовых глазах горит нечто напоминающее удовлетворение.

— Что ж, она и правда безнадёжна, — его голос напротив звучит разочарованно. Я ждал, что она покажет что-то в момент опасности, но увы.

Он делает паузу, и его взгляд снова приковывается ко мне.

— Вопреки первоначальной оценке, потенциал к выживанию и нестандартному применению… имеется. Поздравляю, Морн. Добро пожаловать в Крайгис.

Развернувшись на пятках, он легко взбегает по лестнице и покидает аудиторию, оставляя меня и всех присутствующих в недоумении.

Похоже, не только я задаюсь вопросом, что это сейчас было.

Глава 4

Когда дверь за Алроем Вентарисом закрывается, в аудитории воцаряется низкий гул. Как будто все разом задержали дыхание, а теперь снова дышат.

Экзаменаторы что-то быстро обсуждают между собой, не глядя на меня. Старшекурсники, притащившие элементаля, уже снуют по залу, собирая с пола обугленные крошки камня и проветривая запах гари и страха.

Нога ноет — не от ожога, его нет, кожа цела. Зато внутри всё дрожит, как натянутая струна.

Женщина-экзаменатор в синем поднимается из-за стола:

— Вступительные испытания приостановлены на один час для устранения последствий. Те, кто ещё не прошёл экзамен, ожидайте дальнейших инструкций, остальные можете быть свободны.

Она собирает свои бумаги, и я, наконец, заставляю ноги двигаться. Подхожу, едва не спотыкаясь.

— Простите… — голос звучит хрипло.

Она поднимает на меня взгляд, и в нём нет ни капли тепла, лишь усталая профессиональная сдержанность.

— По поводу моего зачисления… Я не продемонстрировала контроль над стихией как обязательный навык для боевиков. Значит, я не могу быть зачислена на факультет. Я хотела узнать, можно ли перевестись…

— Морн, — она перебивает меня, и в её голосе появляется сталь. — Решение о вашем зачислении принято лично принцем Вентарисом, куратором высшего ранга и членом Совета Крайгиса. Вы хотите его оспорить?

В её тоне звучит не вопрос, а предупреждение: «Не лезь куда не следует».

— Нет, я… я просто хочу прояснить. Устав академии гласит…

— Устав, — она говорит ещё тише, наклоняясь чуть ближе, так что я чувствую холодок от её магии, — адаптируется под потребности обороны. Ваш случай сочли… показательным. Будьте благодарны, что вас вообще приняли. С учётом положения вашей семьи, вы должны считать шанс попасть на боевой факультет — великим чудом и приложить все усилия, чтобы ожидать наложенные на вам надежды и не отправили обратно с клеймом «непригодной».

От этих слов в горле встаёт ком. Я должна быть благодарна за то, что меня притащили сюда, не объяснив, что происходит? Или за то, что меня чуть не сожгли заживо на потеху публике?

— Я собиралась поступать на лекарский, — вырывается у меня робкий протест.

Её взгляд смягчается на секунду, но не с сочувствием, а с жалостью. Как к глупому, непослушному ребёнку.