Книга Мой безжалостный куратор. Академия Крайгис, страница 131 – Алиса Князева

Если так подумать, людям эмоции дают энергию. На злости совершают подвиги, на страхе — предательства, а на любви — глупости. Эмоция как топливо. Если Вейнар может его дать, значит, его можно и забрать?

Если моя пустота может пить магию... может ли она выпить эмоцию?

Я пробую. Тянусь к ближайшему элементалю, который рвётся к Гирану. Я не трогаю его магию, но пытаюсь забрать то, что заставляет его двигаться. Проще, конечно, муху поймать голыми руками.

Ничего не выходит. Элементаль даже не замечает меня и продолжает рваться вперёд, как бешеная собака.

В мою сторону летит столб пламени, от которого я едва успеваю увернуться. Следом вторая атака, не позволяющая лежать на месте. Я снова падаю и перекатываюсь по полу. Гиран сбивает атаковавшего меня элементаля льдом, а Шакс оттаскивает меня за колонну.

— Что ты делаешь?! — рычит он мне на ухо.

— Пытаюсь помочь! — кричу я, но у меня нет времени объяснять.

Я закрываю глаза и снова тянусь. На этот раз сразу к нити, что связывает его с Вейнаром. Я не пытаюсь её разорвать — я пытаюсь понять, что она такое и из чего. Если эта нить — часть Вейнара, то пока она связывает элементалей с ним, они принадлежат ему. Может, если я смогу порвать её?

Пустота откликается иначе. Всё равно что пытаться писать левой рукой, когда ты всё делаешь правой. Нить сопротивляется, но я не останавливаюсь, хотя на «вкус» она, если это можно описать горькая и липкая.

Элементаль, которого я пытаюсь освободить, останавливается и замирает. Его форма теряет чёткость. Мне стоило бы порадоваться, но тут на него нападает другой монстр, крупнее.

Расстроиться я не успеваю, потому как Вейнар, похоже, замечает моё воздействие.

— Что?! — в его голосе неверие и ярость. — Пустышка, это ты сделала?!

Он поворачивается ко мне, но я уже я пробую снова. Сразу с несколькими элементалями, эффект поражает. Вместо того чтобы успокоиться, монстры впадают в ещё большую ярость. Кровь, добыча, страх ослепляют их. Они видят множество сородичей, которые могут их сожрать и которых хотят сожрать сами и атакуют.

— Мелкая тварь! — рычит Вейнар, уворачиваясь от воздушного лезвия, которое выпускает в него не один из магов, а элементаль, которого он, как думал, контролирует. — Ты всё испортила!

Алрой не упускает момента, когда тот отвлёкся. Элементали теряют навязанное внушение и вносят больше хаоса. Я слышу, как один из лидеров, что стояли с Вентарисом перед началом этой миссии, командует отступление.

Мой куратор игнорирует команду. Сосредоточившись, он поглощает энергию волнами, уничтожая ближайших к нему врагов. Вокруг него образуется пустота, напоминающая всплеск от брошенного в воду камня. Его фигура окутана вихрем мерцающей энергии, пока зал пустеет, а маги отступают к выходу.

И когда элементалей практически не остаётся, он бьёт по разлому.

Замок вздрагивает, с потолка сыпется штукатурка и мелкие камешки, а мрамор на полу бьётся, будто сделан из стекла. Края портала осыпаются, так что на миг кажется, что разлом становится больше, но я уже знаю, что это не так. Если всё получится, он скоро закроется.

Как и в прошлый раз, Алрой оказывается между мной и опасностью, и я снова вижу, что он на грани, и меня до тряски пугает осознание, что ему не хватает.

У него нет магии и внутреннего резерва, который Алрой выплеснул в прошлый раз. Сейчас Вентарис берёт магию извне, и хоть он и удержал огромный объём энергии элементалей, потратил тоже немало.