Книга Пленник нефритового кинжала, страница 38 – Ольга Ожогина

— А вы коварный человек, - с улыбкой ответила я, - Чего же вы хотите за мое спасение от семейки Кипнеров?

— О, это они? – весело удивился мистер Харрисон, - Значит, вы мне ой как много задолжали.

Мне не понравилась роль жертвы, отведенная мне самоуверенным наглецом в этом то ли флирте, то ли споре.

— А почему вы вообще решили, что мне так была нужна помощь? Может у меня развлечение такое – разбивать сердца юным ученым? – хмыкнула я.

— Тогда покорнейше прошу меня извинить, - с язвительной усмешкой сказал мистер Харрисон, наклонившись ко мне ближе, - Но вы обещали мне компанию на этот отпуск. И очень жестоко бросать меня в, несомненно, прекрасные, но такие хищные ручки охотниц за моим сердцем.

— Это уже тянет на услугу с моей стороны, - важно кивнула я, - Как собираетесь благодарить?

Мистер Харрисон с азартом посмотрел на меня. И как хороши сейчас были его сияющие восторгом медовые глаза.

— О, я непременно придумаю, - покорно согласился он.

— В рамках приличий, - подсказала я.

— В рамках приличий, - усмехнулся мистер Харрисон, - Но и с вас свидание за мое, как выяснилось, такое несвоевременное спасение.

— Договорились, - кивнула я.

Мы протанцевали вместе несколько танцев подряд. Хорошо, что сейчас приличия были не так строги, как какие-то десять-пятнадцать лет назад, и это не могло вызвать серьезных пересудов. Мы смеялись и шутили, и мистера Харрисона приводила в восторг наша милая пикировка. А потом он увел меня на балкон.

— Так приятно встретить человека, понимающего тонкую иронию, - сказал он, накидывая мне на плечи свой смокинг.

Я удивленно вскинула бровь.

— Ваш первый искренний комплимент?

Балконы здесь были открытые, и сейчас разгоряченные щеки покусывал легкий морозец. Мистер Харрисон, явно рисуясь, с щелчком пальцев установил защитный воздушный барьер. И хоть ветер исчез, без отопления здесь было так же холодно.

— Вы хотите меня обвинить в неискренности? – притворно обиделся он.

Я пожала плечами и посмотрела в темный сад.

— Вы рискуете так замерзнуть, и тогда я снова буду виновата, - улыбнулась я.

— В моей крови чистый огонь! - наигранно возмутился мистер Харрисон и выдохнул тонкую струйку огня.

Мы рассмеялись.

— Веду себя как мальчишка, - с улыбкой сказал он, заклинанием немного согревая помещение, на этот раз без эффектных жестов, - Вы занятная, мисс Колючка.

— Вы так и не выяснили мое имя, - рассмеялась я, - Это вы занятный кавалер.

— Я такой, - с готовностью согласился мистер Харрисон, - Я, кстати, вам кое-что должен.

Я вопросительно подняла бровь.

И тут мистер Харрисон запел. Арию из той самой оперы, на которой решил поспорить о концовке произведения. Пел он ужасно – фальшивил, и старался брать высокие ноты противным голосом. Я со смехом прикрыла ладошкой ему рот.

— Все-все, ваш проигрыш засчитан. Прекратите, а то люди подумают, что я вас пытаю.

Мистер Харрисон замолчал и легко поцеловал мои пальца, касавшиеся его губ.

— Как скажете, - сказал он с усмешкой. – Забавная вышла бы ситуация.

Я смущенно отдернула руку.

— Хотите шепотом спою? – спросил мистер Харрисон, - Зря я что ли учил?

— Думаете шепотом будет лучше? – с иронией спросила я, а потом честно сказала, - Знаете, все-таки приятно знать, что вы не так уж и идеальны.

Мистер Харрисон так рассмеялся, что ему пришлось даже промокать платком глаза.