Книга Пленник нефритового кинжала, страница 24 – Ольга Ожогина

— Тетя Су тоже там, участвует в стабилизации фона, - зачем-то сообщила я.

— Великая любовь твоего дяди, - улыбнулась Мона.

В детстве она восхищалась тетей Су.

— Взять бы и уехать как она, - мечтательно улыбнулась Мона.

— Добрый вечер, Элионора, - к нам подошла мама Моны.

Она бросила испепеляющий взгляд на дочь. И с натянутой улыбкой представила мне высокого и нескладного молодого человека.

— Позвольте представить вам мистера Пола Кипнера, - сказала она, обращаясь ко мне, - Преподает в Императорской Академии Магии, - со значением подняла она брови.

Мистер Кипнер раскланялся с нами. Мона незаметно скорчила мне рожу. Молодой человек не произвел на нее впечатление. Он был не так плох, конечно. Неяркий молодой человек интеллигентного вида. Иначе, чем с книгой в руке его и вообразить было сложно.

— Уже преподаете? – удивилась Мона.

— Не совсем, - смутился мистер Кипнер, - Я аспирант. Веду дополнительные занятия у нескольких групп профессора Кипнера.

— Но вас ждут потрясающие академические перспективы, - широко улыбнулась матушка Моны.

— У вашего отца? – одновременно с ней задала вопрос Мона.

— Дедушки, - смущенно ответил молодой человек, - Надеюсь продолжить семейное дело.

Мона почти не пыталась скрыть свое скептического отношение к мистеру Кипнеру. И к ужину с ним пришлось идти мне.

— Давай, подкараулим мистера Харрисона где-нибудь? Я тебе подставлю подножку, упадешь в его сильные объятия, - шепнула мне Мона, прежде чем разделиться перед обеденной залой.

Я хихикнула и шепнула в ответ:

— Пошлость какая.

Мона рассмеялась. А дальше мне было не до смеха.

Мистер Кипнер оказался неплохим, хотя и немного занудным молодым человеком.

— Я вас помню. Вы с факультета артефакторики, - сказал он немного заикаясь, - А я изучаю теоретическую магию.

Я его не помнила. Только его невероятно нудного деда, преподававшего нам теоретическую магию.

— Я заменял профессора Кипнера пару лет назад на лекции, - пояснил мистер Кипнер.

Это был поразительно скучный ужин. Мистер Кипнер смущался и старательно развлекал меня за столом бесконечными разговорами о его работе, об увлечении переводами древней литературы, о его матушке, о розарии его матушки… Самым интересным был рассказ про пса Мушика.

Мона оказалась за вторым столом для гостей. Ей составлял компанию крупный и шумный друг мистера Брайна Харрисона. И Мона неплохо развлекалась. Сам мистер Харрисон оказался где-то вначале стола рядом Алисой Миркли, дочерью начальника центрального отделения Стражей Порядка.

Бабушка сидела напротив меня. Я периодически отмечала ее задумчивые взгляды. Но я не обладала ни броской внешностью Алисы Миркли, ни ее состоянием. Наверное, мой удел вот такие мистеры Кипнеры. Настроение ползло к нулю. А ужин все не кончался. Вкус еды не возмещал ужасно бездарно потраченного времени. От шума, духоты и монотонного рассказа мистера Кипнера разболелась голова.

— Вы не представляете, сколько профессор Кипнер перевел древних трудов. Даже к засекреченной литературе имеет доступ, - рассказывал мистер Кипнер с мечтательным видом, - В следующем году обещал взять меня в личные помощники. А это доступ к закрытым секциям Императорской библиотеки…

После долгожданного десерта все вернулись в гостиную. Там начиналось выступление довольно популярной певицы – мисс Мирабилис. Все рассаживались на подготовленные стулья.