Книга В разводе. Тост за бывшего!, страница 45 – Анна Томченко

— Ну вот видишь, ты мне ничего сказать не можешь, потому что подсознательно знаешь, что я права. А там, где права женщина — всегда не прав мужчина. Но я надеюсь, твоё эго это переживёт. А теперь не задерживай. У меня сегодня по плану шабаш. Мы будем в длинных сорочках без белья кружиться вокруг костра. Моя прекрасная Акулина Арнольдовна раскинет карты на твою потенцию и долголетие. Так что развлекайся.

— Со мной ни одна баба так не разговаривала, — почти восхищённо выдал Новиков, и я улыбнулась.

— То ли ещё будет.

— Но всё равно… Ты хочешь сказать, что тебе не понравилось у меня в Питере? — произнёс рокочуще Новиков, и я, сощурившись, протянула.

— Ах, Питер, Питер… Чего он только не видел…

* * *

В которой мы возвращаемся в Санкт-Петербург, в тот день, когда Майя узнала о том, что Яша её предал.

— Я угощу. — Рокочущий, приятный голос.

Несмотря на моё разбитое состояние и то, что я клятвенно себе обещала не бросаться на людей, конкретно на этого захотелось накинуться и растерзать. Потому что он был олицетворением всего мужского кобелизма. Подтянутый, высокий, широкие запястья и офигенные браслеты из кожи, серебра и каких-то кельтских узоров в виде аккуратных прямоугольных шармов.

— Не надо меня угощать, — произнесла я и тяжело вздохнула, отворачиваясь.

— А мне кажется, надо.

— Ты откуда такой залётный и красивый? — Пожав плечами, уточнила я и сощурила глаза.

Выглядела я наверняка отвратно. Несмотря на вечернее платье, из которого я ещё не выпрыгнула. Несмотря на укладку, которая, конечно, потрепалась, но ещё была сносной. А вот глядя на мои покрасневшие глаза, растрескавшиеся губы и размытый макияж, создавалось впечатление, что я та самая бабенция, которая испытывала судьбу на прочность и не испытала.

— Вообще-то из соседнего ресторана. — Он улыбнулся, отодвинув кресло, и глянул мельком на меню. — Очень рекомендую борщ. Самое то для того, чтобы согреться изнутри.

— Я не буду на ночь есть борщ.

— Сытая женщина становится в два раза спокойнее и ласковее.

— Не становится, — честно призналась я, понимая, что этот борщ мне поперёк горла встанет.

Но ему было плевать. Он подозвал официанта, заказал что-то, что я не успела расслышать, и повернувшись ко мне, уточнил:

— А почему скучаешь? Почему плачешь?

— Плачу я, потому что чувствую, как уже несколько часов я почти в разводе, и от этого моя девственность стала разрастаться вновь, — горько призналась я и опустила глаза.

— За девственность не переживай. Не в моей компании, — слишком самонадеянно заявил он и пододвинулся поближе.

В этот момент официант принёс напитки и мужчина, улыбнувшись, представился:

— Олег.

— И кто же ты такой, Олег? — со вздохом негодования уточнила я, но наткнулась на мальчишечью улыбку и искрящийся взгляд.

— Да всего помаленьку. Музыку люблю — за диджейским пультом периодически стою. Зарабатываю на жизнь то там, то сям. В основном в барах выступаю на шоу барменов. В общем, кручусь помаленьку, потихоньку.

— Мутки, замутки, странные делишки? — спародировав его тон, переспросила я, и он звонко рассмеялся, красиво запрокинул голову назад и, можно сказать, показал товар лицом.

— Мутки, замутки. Да, но всё исключительно в рамках закона.

— И что ж тебе, привлекательному бармену, нужно возле сходящей с ума опечаленной женщины?