Книга В разводе. Тост за бывшего!, страница 41 – Анна Томченко

Я дёрнула рукой и поднялась на несколько ступеней сцены. В этот момент словила недовольный голос из-за спины:

— Если ты считаешь, что рядом с тобой находился мальчик, который захотел снять прикольную милфу — ты ошибаешься. Если ты считаешь, что рядом с тобой находился крутой бизнесмен, который решил поиграть во властителя судеб — тоже ошибаешься. Потому что если бы я не захотел — черта с два ты бы сейчас назвала моё имя и фамилию.

Я остановилась, медленно обернулась.

— Да, прекрасная Майя, моё появление было спланировано — этот дурацкий вечерок, на котором ты сейчас выступаешь, организован мной только для того, чтобы с тобой нормально познакомиться. Но я так понимаю, дальше знакомства мы с тобой не дойдём. Закругляйся. Заканчивай вечер. Считай, что хозяин не видит в нём больше смысла и хочет попить чай в своём шикарном номере с видом на город. А без хозяина вечера остальным тут делать нечего.

* * *

а вот и небольшая интрига из Питера

О высокомерии, амбициях и дурном характере.

Я вскинула подбородок и посмотрела на Новикова новым взглядом. Очаровательный, милый, ласковый, уютный парнишка из бара очень умело прятал в себе вот этого циничного, высокомерного, до ужаса высокомерного индюка. А самое главное — обидчивого, как мопс старой подруги Акулины Арнольдовны.

Я вскинула бровь, намекая на то, что нужно трижды подумать, прежде чем такими словами бросаться. Уж тем более я не буду закруглять свой вечер, за который получила ого-го какой неплохой гонорар — что Акулина Арнольдовна сможет не только в этом году в Турцию слетать, но и ещё как минимум на Бали. Просто потому, что это непрофессионально.

И, видимо, что-то такое мелькнуло в моём взгляде, потому что Олег стиснул челюсти и перехватив меня за талию, резко потянул вниз, стаскивая со ступени.

— Ах, а что это я растерялся? Я — хозяин вечера. Хочу закрываю, хочу открываю. С чего бы это во мне вдруг проснулась трусливая псина, которая предлагает женщине решить все проблемы? Свободна, — коротко бросил мне Олег и поднялся на сцену.

А у меня пар из ушей пошёл, потому что настолько свинского отношения к своей работе я ещё не встречала. Мне было глубоко фиолетово, что он там хочет. Праздник начат, праздник должен продолжаться.

Когда поднялась на сцену, Олег уже поставил на место микрофон и только собирался в него изрыгнуть очередной перл мужского шовинизма, как я приблизившись со спины, обняла его и провела ладонями по животу.

— Дамы и господа, — привстав на носочки, тихо и бархатно шепнула я в микрофон. — А давайте сейчас мы немного расслабимся и вспомним нашу молодость. Как там говорили? Белый танец! Господин Новиков, окажите честь?

Олег растерялся, посмотрел на меня как на умалишённую и клинически больную. В этот момент оркестр, понимая, что что-то пошло не по плану, решил выбрать удобную и подходящую песню из своего репертуара. Зазвучала медленная музыка. Я выхватила микрофон из рук Новикова и поставила его на стойку. Развернувшись, потянула владельца заводов, машин и пароходов на себя.

— Это что сейчас ещё был за пируэт?

Я молчала. Ладони лежали у него на плечах и их прошивало каждый раз иголочками.

— Ты меня вообще слышишь?

Я его прекрасно слышала. И, несмотря на свой возраст, я на слух не жаловалась. В принципе, как на память, на зрение и на излишнюю мстительность.