Книга Жених без ГМО, страница 32 – Ирина Лав

— Боже, — Лера закатила глаза. — Он что, включает таймер? «Так, Катя, сейчас будет оргазм, приготовься, считаю до трех...»?

— Лер, прекрати, — Катя закусила губу. — Дело не в нем. Дело во мне. Я думаю о другом.

— О ком? О Сеньке что ли?! — Лера хитро прищурилась. — О том самом, который трахает женщин на верстаках, а потом дарит им новую рубашку?

— Да! — выпалила Катя и тут же испугалась собственной откровенности. — То есть нет! То есть... Лер, я не знаю. Когда я с ним, я чувствую себя живой. Настоящей. А Паша... он как робот. Он идеальный. Слишком идеальный. Он даже носки сворачивает в рулетики!

Лера откинулась на спинку дивана и расхохоталась. Смех был громким, заразительным, привлекая внимание окружающих.

— Ха! Вот оно что! Тебе не хватает экстрима! Ты, девочка из стеклянного аквариума, влюбилась в автомеханика!

— Он владелец автосервиса, — машинально поправила Катя.

— Один черт! Ты хочешь, чтобы тебя имели не в миссионерской позе, а на капоте Ford Mustang! — Лера подалась вперед, понижая голос. — Ты страдаешь от синдрома «золотой клетки». Тебе тесно в твоем мире успешных менеджеров и безглютеновых кексов. Ты хочешь обратно в гараж, а не ромашковый чай перед сном.

— Меня задолбал этот чай! — возмутилась Катя. — Я хочу... страсти! Огня! Чтобы меня хотели так, что крышу сносит! Чтобы не спрашивали разрешения, а брали нахрапом!

— Понятно, — кивнула Лера, делая глоток вина. — У тебя кризис. Ты сравниваешь своего домашнего пуделя с диким волком. Конечно, пудель удобнее. Он не кусается, не пахнет псиной и не гадит на ковер. Но он никогда не загонит тебе зайца. А ты, судя по всему, соскучилась по свежему мяску.

Она внимательно посмотрела на подругу.

— И что ты планируешь делать? Возвращаться в Челябинск? Выходить замуж за Сеню?

— Я не знаю! — Катя схватилась за голову. — Я запуталась! С одной стороны, Паша — это стабильность, безопасность, комфорт. С ним я знаю, что завтра будет завтрак и чистая рубашка. С ним я смогу родить детей и не волноваться, что муж не сможет поменять памперс. А с другой... я чувствую, что проживаю не свою жизнь. Я превращаюсь в свою мать! В Наташку! В Бориса! В женщину, для которой счастье — это ипотека и внук на руках!

Лера задумчиво вертела бокал в руках.

— Катя, послушай меня внимательно. Ты сейчас в точке выбора. Ты можешь выбрать безопасный путь. Будешь жить с Павликом, рожать детей, ходить на корпоративы и тихо ненавидеть понедельники. И будешь думать: «А что, если бы...» до самой старости. Или ты можешь попробовать рискнуть. Узнать, что там, за поворотом. Съездить к Сене. Провести с ним выходные. Понять, что это — страсть или просто красивая фантазия.

Она накрыла руку Кати своей.

— Но учти. Волк может оказаться больным бешенством. А домашний пудель — единственным, кто останется рядом, когда у тебя выпадут волосы от химиотерапии. Выбор за тобой. Но решать нужно сейчас. Потому что Пашка не дурак. Он видит, что ты отдаляешься. И он уйдет. Такие, как он, уходят первыми. Тихо и без скандалов. Просто соберут свои идеальные носки-роллы и свалят к какой-нибудь бухгалтерше, которая будет смотреть ему в рот и восхищаться тем, как он варит гречку.

Катя посмотрела на свой полупустой бокал. В нём отражались огни бара. Москва жила своей жизнью. Люди смеялись, целовались, ругались. А она сидела тут, пойманная между безопасностью и страстью, между будущим, которое предсказуемо, и прошлым, которое манило её так сильно.