Книга Стань моей Верой, страница 114 – Мария Абдулова

— Саша, — голос пропал, и Вера провела ладонью по лбу, стараясь взять себя в руки. — Ты же знаешь, что я беспокоюсь.

— Прости, — девочка виновата вздохнула. — Я не хотела тебя волновать. Ты когда вернёшься? Снова задержишься?

— Я не знаю, Сашунь. Постараюсь прийти вовремя.

— Хорошо. Тогда я тебя жду.

Вызов прервался, а она поняла, что не хочет больше здесь находиться. Устала. Хочется тишины. Чтобы только она и Сашка рядом. И никто больше им не нужен.

Поднялась со стула, попутно собирая бумаги, разбросанные при проверке на столе. Старалась не торопиться. Дала себе время на то, чтобы сбросить с себя волнения. Через час уже шла по улице под снежинками, которые за несколько часов превратили город в снежную сказку. Развешанные гирлянды на фасадах, витринах, окнах ярким сиянием освещали дорогу, переливаясь всеми возможными цветами. Город готовился к празднику. Ожидание чуда уже поселилось в воздухе и при каждом вдохе, внутри разгоралась маленькая искорка надежды на то, что в следующем году обязательно всё будет лучше в несколько раз.

Мечты, грёзы, вера… В какой момент она отгородилась от таких элементарных вещей? Когда выстроила стену, которую так легко и незаметно разрушил Костя? Стоит ли, вообще, задавать себе такие вопросы?

Закрыла глаза, кутаясь в объёмный шарф. Нужно оставить всё, как есть. Придёт время и она сможет ответить. Хотя бы просто постарается это сделать. Сейчас для этого слишком рано. Она просто не справится. И снова начнётся всё сначала. Круг за кругом. Без выхода.

Она, наверное, изменилась, если уже начала видеть свою жизнь и себя иначе. Понимала, что в какой-то мере сама себя в клетку загнала из собственных страхов и боли. Не смогла выплеснуть всё наружу. Закрылась в себе, не доверяя никому, повторяя себе, что никто не в силах её понять. Никто не сможет осознать, что она ощутила, когда встретила тех тварей в переулке четырнадцать лет назад. Когда собственная жизнь стала зависеть от чужих людей, которые легко и без особых усилий её сломали. Теперь она расчерчена банальными, затёртыми до дыр понятиями, на "до" и "после". И нельзя взять и просто заорать от боли, от страха, от темноты, которая поселилась внутри, и казалось, никто не в силах её оттуда выгнать. Нельзя избавить себя от этого, потому что уже не одна, под сердцем уже живёт маленький человечек, которого никто не имеет права лишать жизни. Остаётся только терпеть. Ненавидеть весь мир, смотреть из-за толстых прутьев клетки заплаканными глаза и не понимать, что всё можно исправить, если сильно захотеть.

Больно ли было сейчас? Конечно же, да. Вера, вообще, сомневалась, что эта боль исчезнет когда-нибудь. Но её можно заглушить, задавить новыми эмоциями и ощущениями. Заставить замолчать и забиться в угол.

К сожалению, в шестнадцать лет она так не умела. Поэтому и жила, отгородив себя, а затем и Сашку, толстыми прутьями клетки, каменной стеной, которая казалась не рушимой. Принимала всё как есть. Клуб, секс с Назаровым после номера, возвращение домой и тихие слёзы в ванной под шум воды.

Почему позволила себе смириться? Почему не стала бороться? Почему не смогла встать с колен? ПОЧЕМУ?!

Осторожно вышла из лифта, одновременно доставая ключи из сумки, щурясь при неярком освещении подъезда. Квартира встретила темнотой прихожей и слабыми бликами света со стороны кухни. Щёлкнув выключателем, Вера уже открыла рот, чтобы позвать дочь, но не смогла этого сделать. Воздух застрял в горле колючим комом. Сердце пропустило удар, когда взгляд наткнулся на мужскую обувь. Попыталась вздохнуть, ощущая как внутри всё скручивается от страха. Понимала, что это не Пал Палыч решил заглянуть в гости, а совсем другой человек, которого она видеть не хотела. Она о нём даже, в какой-то мере, смогла забыть, но… Господи, зачем она сдалась Назарову спустя несколько месяцев? Зачем он снова появился в её жизни? Как он её нашёл? Никто не знал, где она сейчас находится. Вера была абсолютно в этом уверенна. Да и кому это было бы интересно? Алёнке, которая до сих пор жила в её квартире? Женщина очень сильно в этом сомневалась. Кому она была нужна кроме Сашки?