Книга Папа из пробирки, страница 66 – Ева Коши

Какое же хреновое чувство.

Какая-то недосказанность, некая тревожная мысль крутилась в голове, но я никак не могла ухватить её. Тонкая ниточка, что связывала всё воедино, но как будто не хватало маленькой детали, чтобы понять.

Марат остановился. Он встревоженно смотрел на меня.

— Это правда, что ВЫ уволили меня из моего агентства?

— Что? – спросил босс, а по лицу вижу – правда.

— Это правда? Вы купили меня?

Босс молчал.

— Ну не молчите вы! Из-за вас меня уволили?

— Да, - тихо ответил босс, а у меня внутри всё оборвалось.

Я надеялась, что он скажет «нет» и готова была поверить. Но он не сказал, а у меня по щекам потекли слёзы.

Марат стоял передо мной в трёх шагах и смотрел на меня с отчаянием в глазах. Он попытался сделать шаг, а я не могла собраться и мыслить адекватно.

— Не подходите! – во мне боролись любовь к этому человеку и отторжение от его поступка.

— Хорошо, - он поднял руки в примирительном жесте. – Только давай ты успокоишься и мы поговорим. Тебе нельзя нервничать…

— А когда увольняли меня, вы не думали о моих нервах? Вы хоть знаете, что значила для меня эта работа? Это что? Причуды богатых? Развлечение такое? – с каждым словом я больше нервничала, голос срывался, а сердце грозились выпрыгнуть.

— Алина, прошу тебя, успокойся. Я всё тебе объясню и расскажу, только не надо так нервничать. Всё не так, как ты вообразила... Я не покупал тебя...

Босс стоял передо мной, полный решимости на откровенный разговор и я, почему-то, была уверена, что то, что он скажет мне совсем не понравится. Я почувствовала насколько он властен, что он может сделать с моей жизнью всё, что пожелает. Босс, о котором я грезила, поцелуй с которым я вчера вспоминала с улыбкой, от чьего поцелуя сегодня сходила с ума и думала: «вот оно…».

А сейчас я понятия не имею кто он такой и что ему от меня надо.

— Какое вам дело до моего состояния? - я встала, чтобы он не смотрел на меня сверху вниз.

— Твоё состояние меня всегда волновало и я старался оградить тебя от волнений, тем более сейчас…

— Вот так? Да и с чего вдруг вас заботит это? Кто вы вообще такой, что можете позволять себе подобные вещи?

— С того, милая… что я… отец детей.

До меня не сразу дошёл смысл сказанного им. А потом я вспомнила его слова о том, что он бесплоден. А возможно ли, что, я нужна ему с детьми? Но для чего? Усыновить?

Бред!

— Очень благородно с вашей стороны, Марат Дмитриевич, но эти дети…

— Зачаты искусственным путём, – докончил он, перебив меня, не сводя своих глаз.

Я была в шоке и не знала, что сказать. Откуда он мог это знать? Кроме меня и Томки этого никто не знал, даже мои родители. А подруга не сказала даже своему Артёму.

Я молча смотрела на него с разинутым ртом.

— В начале января, - продолжал Марат, - ты обращалась в Московский «Репробанк» за биоматериалом, 17 января тебе провели процедуру инсеминации. Врач – Гончарова Александра Николаевна. Результат – положительный.

То, что я так тщательно скрывала от всех и вся, чтобы мои дети никогда этого не узнали, теперь мне сообщал совершенно посторонний человек.

Мне стало трудно дышать, а сердце бешено билось о грудную клетку. Я еле стояла на ногах.

— Нет… Вы не можете этого знать… Откуда…

Марат медленно надвигаясь на меня, продолжал.

— Свой выбор ты остановила на мне, пожелав взять мои клетки…