Книга Фея и Тот Самый Один, страница 72 – Наталия Романова

Миша хохотал во весь голос, довольно кричал, что сейчас всех догонит. Вокруг парочки догоняющих прыгал упитанный лабрадор Пушка, пытаясь облаять всех вокруг, начиная с детей и белок, с любопытством поглядывающих на нас с высоты нескольких деревьев на участке, заканчивая вальяжными котами, лениво поглядывающими на происходящее в полглаза.

Вокруг, кажется, в сотый раз, неслось:

«Весь мир танцует чику-рику», «прыжок, второй, иди за мной и громче пой!»

Леонид ненадолго отошёл, позвав Валеру с дедом – не последнего человека в их области. Сергей последовал за ними, никто не возражал, кроме малышки Маши, младшей дочери Серёги и Лёки, которая росла стопроцентной папиной дочкой и делиться папой не собиралась.

Тот редкий момент, когда Леонид сам спровоцировал небольшой консилиум под крышей дома. Очень редкий случай.

— Лёнь, – нахмурился Валерка, сосредоточенно глядя в ноутбук. – Чудес не бывает, ты знаешь это лучше всех присутствующих. На данный момент мы можем сделать ровно ноль. Может быть, если протолкнуть твою тему через Фридмана, под шумок закупить оборудование…

— То через лет пять-семь это станет реальностью, вот только не для Миши, – отреагировал Леонид. – Докажем эффективность, протащим через бюрократов, пройдём апробацию…

— Чёрта с два вы сейчас что-то протолкнёте и закупите, – вставил Серёга. – Логистика поехала по женскому половому. Старые связи всё, новые не налажены, за качество отвечать желающих нет. Что будет завтра, никто не знает, все в подвешенном состоянии. Два года назад легче было в миллион раз.

— А всё-таки позвоню кое-какому человеку, – вмешался дед. – Вы молодые избалованные, всё вынь да положи, на блюдечке предоставь. Знали бы вы, в каких условиях мы начинали работать, и работали! Сопли, в отличие от вас, не разводили.

— Дед, – искренне возмутились трое, сидящих напротив Одина Ильи Львовича, в их поколении «Того Самого» – одного из основателей отделения, развернувшегося на пару зданий и несколько филиалов по стране, в котором сейчас трудилось трое внуков.

— Хорошо ещё, Мария Константиновна не слышит! – искренне возмутился дед, как всегда, в воспитательной беседе, называя жену по имени-отчеству.

Бабушка – это та, что в свободное время не прочь испечь пироги любимым внукам, но чаще она непререкаемый авторитет – Одина Мария Константиновна, а не добрая, сердобольная старушка, пекущаяся о том, надел ли внучек шапочку.

— Кстати, по поводу бабули, – Валера выразительно посмотрел в окно. – Сдаётся мне, кого-то нужно выручать.

Леонид обернулся, в поле зрения попал край массивного стола и беседка, вокруг которой топталось младшее поколение Одиных, Лёкин лабрадор и пара обнаглевших, обленившихся котов, не замечающих суеты вокруг.

И Мария Константиновна собственной персоной, вернувшаяся раньше времени с очередных съёмок, не будет удивительно, если специально, чтобы познакомиться с девушкой, ради которой внук поставил на уши половину знакомых и родственников.

Она сидела напротив Феи, пристально глядя на собеседницу. Никаких сомнений не возникало, что бабуля не рецепт сырников или новый маринад для курицы вознамерилась обсудить.

Леонид быстро встал, благодарно кивнул Валерке и спешно направился в беседку.

— Здравствуй, дорогой! – бабуля подняла взгляд на Леонида. – Я тут с твоей очаровательной спутницей беседую. Ты знаешь, впервые встречаюсь с таким интересным именем. Дорофея! Удивительно даже для молодого поколения! Ты знаешь, что родители Феи – почитатели русской словесности? Вы пошли по стопам родителей?