Книга Мой железный босс. Любовь вопреки, страница 149 – Анна Варшевская

— Я рассказала ей кое-что… — запинается, потом всё-таки продолжает: — Про первую ночь после твоего ранения, — кидает на меня настороженный и как будто немного неловкий взгляд. — В общем, когда ты заснул, я подошла к тебе. Сама. Ты спал, ничего не требовал, не смотрел, не тянулся ко мне, и я… просто проверила, нет ли у тебя температуры.

И я это пропустил?! Что ещё она делала?!

— Не надо так на меня смотреть, — тут же ощетинивается жена. — Я правда проверяла температуру! Мне врач поручил!

— Конечно, — выговариваю слегка занемевшими губами. — Я и не сомневался.

— Феликс, блин… — она забавно пыхтит, морщит нос.

— Молчу.

— Вот и молчи.

Я действительно молчу. С трудом, но молчу.

— Я тогда поняла, что не испугалась, — произносит Аврора тише. — И сегодня сказала об этом Вере Тимофеевне.

Я почти спрашиваю, почему она рассказала всё это сначала ей, а не мне. Но успеваю понять, насколько это будет идиотский вопрос. В конце концов, она именно поэтому туда и ходит.

— И что ответила психолог? — уточняю вместо этого.

— Что это, конечно, важно, но не значит… что всё так сразу, — немного сумбурно отвечает она.

— Что именно «всё», не понимаю?

— Что даже если страха стало меньше, это не равно доверию, — произносит Аврора, глядя уже прямо на меня. — И не равно согласию. И не отменяет того, что было.

Вот теперь мне всё-таки хочется поморщиться, и совсем не от боли в спине.

— Удобная женщина эта твоя Вера Тимофеевна, — говорю сухо. — Никогда не позволит мне обрадоваться раньше времени.

— Она не для твоей радости со мной работает.

— Я заметил.

Аврора неожиданно не язвит в ответ. Только смотрит внимательно, словно проверяет, что я буду делать дальше. Приходится выдохнуть и отставить стакан, который до сих пор держу в руке, на стол.

— Продолжай, — говорю спокойно.

Брови у неё взлетают вверх в явном удивлении.

Да, дорогая моя. Я тоже удивлён.

— Мы говорили о том, что тело может перестать реагировать страхом в одной ситуации и снова среагировать в другой, — произносит она медленно. — Например, я могла спокойно подойти к тебе, когда ты спал. Но это не значит, что я так же спокойно отреагирую, если ты подойдёшь ко мне внезапно или решишь дотронуться без предупреждения.

— Я понял, — киваю в ответ. — И… к чему нас это приводит?

Аврора кидает на меня недоверчивый взгляд.

— Ну… К тому, что нам не нужно… точнее, мне не нужно торопиться с выводами. Если я не боюсь сидеть с тобой в комнате, это не значит, что нужно немедленно пробовать что-то большее. Не значит, что я должна давать тебе больше доступа, чем готова. И не значит, что я обязана быть последовательной в твоём понимании этого слова.

— То есть сегодня ты можешь спокойно сидеть рядом, а завтра снова отойти, если я подойду слишком близко?

— Да.

— И я должен не считать это шагом назад?

— Желательно.

— Прекрасно, — произношу сухо. — Очень простая система. Составишь для меня инструкции?

— Я не планировала этого делать, — осторожно отвечает Аврора.

— Зря. По инструкциям действовать проще.

— А ты хочешь… действовать? — голос у неё как-то меняется, я не понимаю, как именно, но неожиданно понимаю, что мне сейчас лучше сдать назад.

— Я хочу, чтобы тебе было комфортно рядом со мной, — отвечаю так, как наверняка должен ответить.

Аврора растерянно молчит, я не нарушаю тишины, давая ей полностью услышать и понять то, что сказал.