Книга Мой самый лучший, страница 37 – Елена Мартин

В глазах Кирилла сверкнуло желание и, вытерев руки об салфетки, Тухманов поднялся со стула.

— Ты меня дразнишь, Маша?

— Угу, — ответила с придыханием, оперевшись на локти.

Мне было мало его поцелуев и настойчивых рук. Мне было мало уверенных движений внутри меня. Мне хотелось чувствовать Тухманова ещё и ещё.

Я подогнула ногу в колене, и халат распахнулся, обнажая ногу перед мужчиной.

Кир в один миг оказался между моих бедер, царапая ремнем брюк тонкую кожу. Внизу живота зашумело желание, требуя ласки и мужчину, придавившего к матрацу приятной тяжестью.

Губы Тухманова обожгли шею и грудь. Кирилл накрыл губами сосок, лаская его языком и покусывая.

— Кир, я хочу тебя, — тяжело прошептала.

— Я знаю, — рука мужчины, что ласкала грудь вместе с языком, опустилась вниз и скользнула между ног.

— Ты мокрая, Маш, — мужские пальцы перебирали складки, играли с клитором. Опустившись внутрь меня, Кирилл вытащил руку и облизал пальцы.

— Ты сладкая, Маш, — Тухманов продолжил играть с клитором, собирая своими уверенными движениями стоны с моих губ.

— Кир, я хочу тебя, — сквозь стоны захныкала.

Мне хотелось почувствовать мощный орган, что чуть больше часа назад доводил до сумасшествия.

Кирилл поднялся и одним движением стянул с себя джинсы. Развел ноги и вторгся одним мощным толчком. Тухманов закинул мои ноги себе на плечи и подхватил руками мои бедра. Я закусила губу, как только сильным напором мужчина начал вторгаться в моё тело.

Будильник на телефоне запел мелодию, и я, распахнув глаза, уставилась в белый потолок. На талии приятная тяжесть его ладони, а рядом мерное дыхание Кирилла. Я улыбнулась и, повернувшись к мужчине, уткнулась лицом в его грудь. Здесь было спокойно. Как будто мир со своими претензиями и болью на краткое время отступил и позволил душе успокоиться в его объятиях. Кирилл потянулся к телефону и выключил настойчивую мелодию.

— Доброе утро, малыш, — Тухманов еще больше завернул меня в объятия, уткнувшись головой в макушку.

— Это самое прелестное и доброе утро в моей жизни, — ответила, млея, от его сонного бормотания.

— Поэтому вдвойне не хочется выпускать тебя, — хмыкнул Кирилл.

— Не выпускай.

— Долг обязывает, Маш, — Тухманов нехотя поднялся и надел халат.

Я поднялась следом. С Тухмановым сердце пело, а тело плясало под натиском его ласк, но мои долги от этого не уменьшались. Более того, срок сдачи буклетов сегодня, а их готовность только наполовину.

Я потянулась к своей одежде. На сегодня планы грандиозные. Доделать буклеты, договориться со специалистами по электричеству и монтажу многоярусной подсветки, заказать необходимые материалы. И где-то в этом беспокойном дне найти время для Софьи Владимировны.

— Маш, — Тухманов приподнял брови, приметив мою полную готовность покинуть особняк, а вместе с хозяином. — Я думал ты останешься.

— Кир, у меня сегодня очень много дел, — я провела расческой по волосам и бросила её в сумочку. — Поэтому буду очень рада, если ты сделаешь круг к моему дому.

— Не вопрос, — Тухманов растёр тело полотенцем и раскрыв шкаф, достал голубую рубашку.

Тёмно-синий костюм с голубой сорочкой идеально подходил под цвет глаз Тухманова, и я невольно застыла, разглядывая мужчину. Я направилась в ванную комнату и открыла вентиль на умывальнике. В зеркале отражалась совсем другая Маня. Счастливая, немного тревожная, с припухшими от поцелуя губами. Но мне нравился огонь, который зажег Кир. Так играет в глазах человека надежда.