Книга Право одной ночи, страница 52 – Кая Вереск

Плохо ищешь, — сказал он.

Не дожидаясь ответа, он сам потянулся в открытый сейф и достал тонкую картонную папку, перевязанную чёрной тесьмой, — ту, что я, роясь здесь минуту назад второпях, даже не заметила. Положил её на край стола.

— Читай.

Голос прозвучал всё так же ровно, но что-то в нём едва заметно дрогнуло.

— Читай, Тая, — повторил он.

Я вздрогнула так, будто он ударил меня по лицу. Он знал. Всё это время он знал.

— Парик был хорош, — добавил он, и в его голосе промелькнула та самая горькая усмешка, от которой у меня внутри всё сжималось в ледяной ком. — Но ты слишком нервничала для девушки, которой нужны всего лишь деньги.

Пальцы дрожали, когда я развязывала тесьму, — не от страха, а от осознания, насколько глубоко я погрязла в собственной лжи. Внутри лежали документы, от которых у меня перехватило дыхание: копия моего настоящего паспорта, фотографии, полное досье на меня, а также отчёт частного детектива по расследованию смерти моего отца. Несколько страниц мелкого, убористого текста были испещрены датами, схемами, фотографиями и пометками.

Согласно отчёту, за три недели до смерти Сергей Миронов добровольно встретился с Князем. Целью встречи было предупреждение о готовящейся провокации, способной привести к уголовному преследованию и потере бизнеса. После разговора мой отец покинул территорию компании живым. Это подтверждали записи камер наблюдения, журналы пропусков и показания сотрудников службы безопасности.

В последующие недели Сергей Миронов несколько раз пытался выйти на связь с людьми, которые могли подтвердить его слова, однако все назначенные встречи были сорваны. Двое потенциальных свидетелей бесследно исчезли, ещё один отказался давать показания вскоре после получения крупного денежного перевода.

За три дня до гибели отец передал неизвестному лицу электронный носитель с частью собранных материалов. Носитель найден не был.

Официальная версия о самоубийстве содержала многочисленные несоответствия. В отчёте были перечислены нарушения при осмотре места смерти, противоречия в заключениях экспертов, исчезнувшие вещественные доказательства и показания свидетелей, которые не вошли в материалы уголовного дела. Дело замяли.

Отдельная глава отчёта была посвящена событиям, о которых предупреждал отец.

За последние четыре года против Князя было совершено семь тщательно спланированных попыток дискредитации: срыв международных контрактов, утечки внутренней информации, подкуп сотрудников, подброшенные финансовые документы, анонимные заявления в правоохранительные органы, попытка связать компанию с контрабандой и подготовка уголовного дела по сфабрикованным доказательствам.

Несмотря на различие схем, детектив пришёл к одному выводу: все эпизоды были частью одной многоходовой операции, которой руководил один организатор, остававшийся в тени. Каждый раз исполнители менялись, но способы финансирования, цепочки посредников и используемые компании повторялись с пугающей точностью.

— Ты все знал?

— Что именно?

— Кто я на самом деле. Что меня зовут Тая. Что я пришла к тебе не случайно.

— Я узнал, кто ты. Но не знал, зачем ты пришла ко мне.

Он выдержал паузу, не сводя с меня взгляда.

— Я видел, что ты что-то скрываешь. Видел, как борешься сама с собой. Поэтому ждал.