Книга Шпора на сердце, страница 75 – Лисавета Челищева

Я испуганно посмотрела на него. Не может быть.

Я сбросила звонок. Но он снова позвонил. Я снова сбросила. Он позвонил в третий раз. Я взяла трубку и прошипела с раздражением:

— Что тебе надо? Я же сказала, что у меня грустное настроение!

В трубке послышался его голос — спокойный, насмешливый:

— Не ври. Уже не грустное. Смотри, как я на тебя действую.

Я закатила глаза.

— Ты действуешь на меня как головная боль.

— Определись уже, Мещерская, кто я для тебя. Зубная или головная боль.

— Я отключаюсь.

— Эй! Ты же сама сказала, что устала. Вот я и звоню, чтобы развеять твою усталость.

Я поднялась с песка и пошла в сторону санатория.

— Ты не сможешь развеять мою усталость звонком.

— Могу. Я уже это делаю. Ты ведь больше не сидишь и не ненавидишь всех? Значит, я тебя отвлёк.

— Почему ты такой навязчивый, — простонала я. — Зачем тебе все это?

— Сам пока не решил. Давай поболтаем. Расскажи, почему грустишь. Кашу не доложили за завтраком?

Я молча оскалилась. Я не хотела рассказывать ему про отца. Про то, как его холодные слова заставили меня почувствовать себя вновь одинокой.

— Просто не хочу говорить.

— Ладно, не говори. Тогда я расскажу тебе о своём дне. У меня сегодня была трехчасовая тренировка. Гоняли так, что я чуть не сдох. Тренер сказал, что я теряю форму. А я просто отвлёкся на разогреве.

— Отвлёкся?

— Ну да. Ты же сказала, что думаешь обо мне. Я тоже думал о тебе. И пропустил удар.

Я усмехнулась.

— Я не говорила такого.

— Я умею читать между строк.

Я подошла к воротам санатория и остановилась.

— Мне пора.

— Стой, стой! Пока ты не скинула, ответь на один вопрос. Хорошо?

Я вздохнула и остановилась.

— Какой ещё вопрос?

Пауза на том конце.

— Какой у тебя вкус в парнях?

Я опешила. Конечно, я удивилась такому вопросу, но быстро взяла себя в руки.

— Никакой.

Я сбросила звонок, убрала телефон в карман и пошла через сад.

В саду было тихо. Ветер качал ветви яблонь, и я слышала, как шуршат листья. Я вошла в корпус, поднялась к себе в палату, сняла джинсы и легла на кровать.

Через минуту телефон завибрировал. Я открыла сообщение, держа телефон над головой. Глаза уже слипались.

На экране было сообщение от Олега. Короткое и чёткое:

«Я никто».

Я смотрела на экран и не знала, что думать. Я сказала ему на звонке, что вкус у меня в парнях никакой, и он назвал себя «никем».

Я перечитала сообщение несколько раз и одернула себя, потому что на лице появилась глупая ухмылка.

Он заставил меня улыбнуться. Он. Князев. Бред какой.

Я не знала, что ответить, поэтому просто отложила телефон и закрыла глаза.

Но улыбка на моём лице не исчезала.

Урок 28.

Урок 28.

Созависимость появляется вследствие отрицания своей «тени». Признание своей тени — это освобождение.

Я сижу на веранде с видом на море. Заказала капучино, поставила чашку на деревянный стол и сделала фото — кофе, край стола, вдалеке серая полоска воды. Потом сфоткала само море, без кофе, просто волны и небо.

Последние несколько дней мы с Олегом постоянно перекидываемся всякими фотками. Незначительными. Просто из жизни. Он присылает мне зал, вид из машины, ужин. Я отправляю ему закаты, кошек, десерты из столовой.

Это всё очень странно. Если бы мне сказали несколько месяцев назад, что я буду переписываться с Олегом Князевым и присылать ему фото своего дня, я бы сказала, что это полный бред. Что это невозможно. Что я скорее пойду к Даниилу и признаюсь ему в больной симпатии, чем буду тратить время на этого наглого волейболиста.