Книга Шпора на сердце, страница 56 – Лисавета Челищева

Мой голос был тихим, надломленным, и несколько минут мы просто молчали. Он смотрел на меня, и я избегала его взгляда. Я тихо объяснила ему дорогу, хотя он знал её и так. Он выбрал более длинный путь, но я не возражала. Последнее, что я хотела сейчас делать, — это идти домой, но выбора у меня не было.

Даниил припарковал машину прямо перед моим домом, и это было глупо. Я выскочила из машины так быстро, как только могла, но в последний момент не удержалась и оглянулась на него. Я повернулась, чтобы встретиться с ним взглядом, и заметила, что он уже смотрит на меня.

В его взгляде было что-то другое. Он выглядел встревоженным, и я задавалась вопросом, не потому ли, что он боролся со своей собственной битвой, о которой я знала. Я видела этот взгляд в его глазах так много раз, когда смотрела на себя в зеркало. Я безумно хотела прочитать его мысли в тот момент.

— Тебе стоит обработать порез, пока не началось заражение.

Его глаза вспыхнули, и я подумала, что он собирается выйти, когда в свете фар зажглись огни внутри моего дома. Даниил уехал так быстро, как только мог, и я надеялась, что мой отец не увидел этого. Вряд ли он узнает его, он ничего не знает о предметах, которые я изучаю, или о ком-то из моих преподавателей. Но лучше перестраховаться.

Но это был не мой отец. На крыльце стояла Стефания, и выражение её лица говорило мне, что она видела, кто вёл машину.

Вот чёрт.

Она будет трепать языком перед всеми, как маленькая дрянь!

Я подкралась к входной двери и схватила её за руку, удерживая её так, чтобы родители оказались вне зоны слышимости. Я знаю, что она видела сегодня, и нет никакого оправдания, чтобы оправдать то, что мой преподаватель подвозит меня в такой поздний час. Но я рада, что это был хотя бы не мой отец. Я справлюсь с ней. Мне просто нужно показать ей, что будет, если она откроет рот.

Я знаю, что Стефания разнесёт эту новость везде, где только сможет: перед папой, в университете. И как только слухи расползутся, они уничтожат нас полностью.

Я выкрутила ей руку за спину и закрыла ей рот другой рукой. Я продолжала толкать её вперёд, пока мы не оказались внутри гаража. Я не отпускала её, пока не заперла дверь за нами.

— Что за хрень ты творишь, дура? У меня будет синяк на руке! Ты идиотка?! И что ты делала с Даниилом Викторовичем? Я видела его! Ты хоть представляешь, насколько ты опозорилась перед ним в погоне за лучшей успеваемостью? У него никогда не будет интереса к такой, как ты. Ты выставила себя дурой перед ним! Зачем он так рисковал, подвозя тебя?

Она смеялась надо мной, пока всё моё тело горело от боли. Мой разум всё ещё перерабатывал события последних нескольких часов. Моё сердце было предано снова и снова, и я думала, что если бы я была на месте Стефании, я бы сейчас сбежала, чтобы спасти свою жизнь. Потому что я никогда не испытывала такого сильного желания серьёзно причинить боль другому человеку, чтобы моя собственная боль показалась ничтожной.

Я так стараюсь быть нормальной, чтобы контролировать свой разум, но люди вокруг меня все лгут! Они провоцируют меня, пока я не теряю себя. В такие моменты, как этот, я хотела бы, чтобы у меня не было совести. Я хотела бы быть психом, чтобы оправдывать свои действия, но я знаю, что я не псих, потому что я всё ещё способна думать о причинении вреда другим, но никогда не делаю этого.