Книга Подонок. Заберу тебя себе, страница 3 – Мария Кац

Секунду мы молчим. Потом его взгляд опускается на туфлю, которую я держу обеими руками перед грудью. Снова возвращается к моему лицу.

— Руки покажи.

Голос низкий. Спокойный. От этого ещё страшнее. Я медленно поднимаю одну руку. Вторая всё ещё держит туфлю. Он смотрит на неё.

— Обе.

— Я её сейчас уроню.

Его бровь едва заметно приподнимается.

— Переживём, Золушка.

Я сижу на жёстком стуле уже минут десять и до сих пор не понимаю, куда меня привезли. И кто вообще эти люди.

На полицию не похожи. Жетонами никто перед лицом не размахивает, зато оружия вокруг столько, будто я каким-то совершенно невероятным образом со свадьбы дальнего родственника провалилась прямиком в боевик.

Может, это вообще бандиты?

Хотя какие бандиты задерживают других бандитов?

Господи. Мама меня убьёт. Если до мамы меня раньше не убьют здесь.

Дверь открывается, и я вздрагиваю так сильно, что пластиковый стакан с водой едва не выпадает из рук.

В помещение заходит тот самый мужчина. Я узнаю его сразу. По росту. По широким плечам. По этому спокойствию, от которого почему-то становится только тревожнее.

Он на ходу стягивает с головы чёрную балаклаву и бросает её на край стола.

И я впервые нормально его рассматриваю.

Тёмные, коротко стриженные волосы, на лице лёгкая щетина. Резкие скулы, прямой нос, губы сомкнуты в прямую линию. Лет двадцать пять, может, двадцать семь. Не больше.

Я почему-то ожидала увидеть мужчину старше. Наверное, из-за голоса. Или из-за того, как остальные выполняют всё, что он говорит.

Чёрная футболка плотно сидит на широких плечах и груди, рукава обтягивают руки так, что становится совершенно понятно: эти мышцы появились не в тренажёрном зале исключительно ради красивых фотографий.

Он вообще не выглядит накачанным. Просто сильным. По-настоящему. Таким, которому не нужно доказывать это ни одеждой, ни позой, ни выражением лица. Но хуже всего глаза. Тёмные. Внимательные. И с каким-то совершенно неправильным блеском. Будто всё происходящее его не напрягает, а скорее развлекает.

— Ну что, Золушка? Рассказывай.

Приходится даже несколько раз моргнуть, прежде чем окончательно осознать вопрос.

— Что?

Мужчина садится напротив, откидываясь на спинку стула. Словно это я пришла к нему домой выпить кофе.

— Сказку свою, — поясняет он спокойно. — Про свадьбу. Страшного мужика. Волшебный багажник.

Я даже рот открываю.

— Это не сказка.

— Уже хорошо, — лениво бросает.

— Я вам всё рассказала.

— Мне понравилось. Хочу послушать ещё раз.

Он издевается? Абсолютно точно издевается.

Я сильнее сжимаю стакан и понимаю, что тот начинает подозрительно хрустеть в пальцах.

— Я была на свадьбе, — на выдохе отвечаю. — И один мужчина ко мне приставал. Я пыталась вежливо уйти от него. Вышла на парковку. Он пошёл за мной. Я испугалась. Увидела машину. Багажник был открыт…

— И решила, что это надёжное убежище.

— На тот момент показалось надёжным, — произношу, бросая на него укоризненный взгляд.

— Разумеется, Золушка.

— Почему вы меня так называете? — морщусь от такого. Нет, меня, конечно, по-разному называли, но не так же.

— А что, не нравится? Платье есть. Туфельку потеряла на балу. После полуночи домой очень хочется. Всё сходится.

— У меня имя есть.

Он не успевает ответить, только уголки губ приподнимаются, когда в дверях показывается ещё один.