Книга За него ответит она, страница 41 – Таша Эвер

— Иди ко мне, — сказал он.

Мишель встал и протянул мне руку. Я вложила свою ладонь в его, и он повёл меня на балкон. Тёплый римский воздух окутал нас, как шёлк. Внизу переливался огнями Вечный город: где-то гудели мотороллеры, слышался смех прохожих, звенели бокалы в уличных кафе. Площадь Навона дышала ночной жизнью, и мы были частью её — двое влюблённых на балконе отеля. Я смотрела на огни Рима и чувствовала, как внутри меня разливается покой. Он встал позади меня, обнял за талию, прижался ко мне, и мы смотрели на город, и я чувствовала его дыхание на своей шее. Его руки лежали на моей талии, и я чувствовала, как его пальцы чуть сжимаются, как он притягивает меня ближе.

— Посмотри, — прошептал он. — Это всё для нас. Этот город, эта ночь, эти огни. Всё для нас.

Потом он задрал мою юбку, медленно, наслаждаясь моментом. Его пальцы скользнули по моим бёдрам, и я замерла, чувствуя, как низ живота наливается теплом. Я знала, что он хочет меня, и я хотела его. Я хотела чувствовать его внутри себя, прямо здесь, на балконе, под римскими звёздами. Я хотела, чтобы весь мир знал, что я его. Он стянул мои трусы, и они упали на пол. Я оперлась на перила балкона, чувствуя прохладу мрамора под пальцами. Он расстегнул ширинку на своих брюках, и через секунду я почувствовала, как его член вошёл в меня — медленно и глубоко, до основания. Я выдохнула, чувствуя, как он заполняет меня, как внутри разливается тепло. Мы стояли на балконе, соединённые, и смотрели на город, который был свидетелем нашей страсти.

— Alexandrine, — выдохнул он. — Ты и я. И целый город под нами.

Он начал двигаться — сначала не спеша, лениво, как будто мы и правда могли заниматься любовью вечность. Его рука скользнула к моему клитору, и он начал круговыми движениями возбуждать меня. Вторая рука легла на мою грудь и ритмично сжимала её. Его губы целовали мой затылок. Я стонала, глядя на огни Рима, и это было самое красивое, самое кинематографичное ощущение в моей жизни. Я чувствовала, как его дыхание становится глубже, как его движения становятся быстрее, и я знала, что мы оба близки к финалу. Мы были одни на балконе, но я чувствовала, будто весь город смотрит на нас и аплодирует.

— Я хочу кончить, — прошептала я. — Пожалуйста, Мишель. Давай вместе.

Он ускорился, и я почувствовала, как волна поднимается внутри. Мы кончили одновременно — он в меня, сильно, сдерживая стон, а я вцепилась в перила, чувствуя, как моё тело разряжается в его руках. Мы замерли, всё ещё соединённые, и смотрели на город. Я чувствовала его дыхание на своей шее, его ладонь на своем лобке, которая прижимала меня к нему. Я чувствовала его член, который был всё ещё во мне. И я знала, что этот момент я запомню навсегда. Он ещё крепче обнял меня, прижал к себе и поцеловал в висок. Я закрыла глаза и ещё сильнее прижалась спиной к его груди.

— Это лучший вид в моей жизни, — сказал он. — И я говорю не про Рим.

— Ты говорит про меня? — спросила я с улыбкой.

— Я говорю про нас, — сказал он. — Про нас здесь, сейчас. Про то, что мы есть. И что мы будем.

Я повернулась к нему и поцеловала его — нежно, долго, чувствуя его вкус на своих губах. Мы стояли на балконе и целовались, и смотрели на Рим, который сиял огнями, как будто тоже был частью нашего счастья. Я знала, что завтра мы улетим, и всё вернётся на круги своя. Но сейчас, в эту ночь, мне было всё равно. Я была с ним. И я была счастлива. Мы вернулись в номер, разделись и легли на кровать. Мишель обнял меня, и мы уснули, под шум вечернего Рима. Я проснулась среди ночи, почувствовала, как он целует мою спину между лопаток, и улыбнулась во сне.