Книга Академия Деркон, страница 115 – Анастасия Максименко

— Она отпечатается в наших хрониках. Обещаю.

* * *

[Дакмариан]

Знакомый тонкий перезвон магический цепей в оглушающей тишине поместья прозвучал для мужчины особенно громко. Выхватив из-за спины посох, он торопливо направился на зов.

Спустившись к внезапно забурлившему источнику, файрасахи остановился, поджал бледные тонкие губы, откинул с головы капюшон и опустился перед водами на колени, проводя над живой по своей природе субстанцией рукой.

К его ладони прилип переливающийся внутренними молниями обсидиановый шар.

Дернув краешком губ, мужчина подкинул его в воздух, вглядываясь в развернувшиеся перед взором картинки смеющейся девушки с искрящийся сытой тьмой в чернильных глазах и трех незнакомцев, с теплотой и искренним восторгом поглядывающих на хрупкую малышку.

Его малышку.

Наблюдая за ней, он думал, что если бы у него билось сердце, то оно определенно сбилось с ритма и замерло от щемящей нежности.

Кончики пальцев мужчины зачесались в желании поправить упавшие на глаза непривычно пепельно-седые волосы. Его девочке изрядно досталось, но она смогла справиться и выглядела счастливой, большого ему и не нужно знать.

— Умница, – беззвучно шепнул он, посохом откинул осколок дакнайра обратно в источник, склонил перед ним голову и тут же выпрямился от сводящего спазмом в груди ощущения.

Его глаза заволокла тьма, открывая для своего сына истину.

Дакмариану нужен был свой жнец, поскольку очередной низший преступил закон мироздания, клоня чашу равновесия.

Закинув посох назад, он резко развернулся, собираясь уйти, и уже было раскрыл крылья, как за спиной раздался тревожный звон. Медленно повернувшись, файрасахи взглянул на вновь забурлившие вязкие воды, над которыми в воздухе из дакнайра сложились слова:

«Путь жнеца всегда один – губить пагубные души, твой же путь переменим, откажешься ― и развернется пустошь».

Филисан

— Быстрее! – орал Эноридхен, подгоняя магическим кнутом бегущих по тренировочной трассе адептов и целясь нам в пятки. – Живее, сказал, ну! Я не понял, мне что, применить огневые пульсары?

— Никак нет, мастер Эноридхен!

— В таком случае, ускорьтесь, девочки! Вилайджа, стенать о своей никчемной жизни будете дома. Лисар! Ты на светских танцах? Что за пируэты?! – щелчок, еще один. – Вы не адепты межрасовой академии, вы никчемное мясо, позорящее стены мато-версайт!

— Сам он мясо! – возмущенно выдохнули сокурсники.

— Ага. И никчемный! Не мастер, а идиот… гдэшаров.

— Что?! – рыкнул дракон, запуская очередную порцию порки. – Громче! Я не расслышал, что вы там себе мямлите под нос!

Фыркнув, мысленно послал его куда подальше, уклонился от летящего на меня снаряда, мельком покосившись на бегущего по противоположной стороне Эфера.

— Артерварг! – донесся до моего слуха очередной рев Эноридхена, и я инстинктивно подпрыгнул и тут же услышал щелчок хлыста. – Куда смотришь?! Команды засматриваться на Невельшара не было!

Послышались порывистые от бега смешки парней и злобное ругательство Эфера, когда ему по ступне прилетел хлыст.

— Гдэшаров сын! – рыкнул, пригибаясь.

— А вот это я услышал. Артерварг, отработка! Невельшар, за компанию! – с довольной рожей прорычал дракон. – Ко мне после тренировки.

Раздраженно закатил глаза и чуть не словил в лоб очередное ядро, едва успевая вильнуть в сторону и перепрыгнуть на параллельную брусовую дорожку.