Книга Измена. Муж заказал мне любовь, страница 26 – Андрей Левинский, Анна Леви

После звонка я сидела на кровати, прижимая телефон ко лбу. Мне хотелось сохранить хотя бы её. Не превратить девятнадцать лет в комнату, из которой меня вычеркнули вместе с мебелью.

До вечера оставалось несколько часов. Я переоделась в купальник, который привезла почти случайно, и пошла в маленький гостиничный бассейн. В буклете он выглядел безлюдным и огромным. На деле помещались четыре человека, если все заранее согласились двигаться в одну сторону.

У бортика сидела Нина. Она узнала меня, помахала, но разговаривать сразу не стала. Я спустилась по лестнице и отплыла к противоположной стене. Вода оказалась тёплой, пахла хлоркой. На второй дорожке мужчина плавал так сосредоточенно, будто от количества кругов зависела его квартальная премия.

Я пропустила его, поплыла медленно. Через несколько минут плечи перестали быть поднятыми к ушам. В воде никто не мог позвонить, спросить, где я, прислать фотографию. Телефон лежал в шкафчике, и расстояние до него измерялось не силой воли, а мокрыми ступнями и ключом на резинке.

Я перевернулась на спину. Надо мной белел потолок с одной тёмной полосой у вентиляции. В детстве я любила так лежать, пока мать не начинала звать к берегу. Потом плавала только вместе с Асей: держала доску, поправляла очки, стояла там, где дочь могла до меня допрыгнуть. Когда Ася выросла, я почему-то решила, что купальник нужен только в отпуске с мужем.

Мне стало обидно за все пропущенные бассейны. Не большая жизненная обида, которую можно предъявить за столом. Маленькая, смешная: я любила воду и годами забывала об этом между списком продуктов и чужими планами.

Нина подождала, пока я подплыву к бортику.

— Вы хорошо держитесь, — сказала она. — А я только так.

Она показала доску.

— Давно учитесь?

— Третий год. Андрей говорит, что пора уже. Я говорю: можешь начинать без меня.

Я улыбнулась.

Она попросила подержать доску, пока поправит шапочку. Я взяла. Нина отпустила бортик, не заметила этого сразу и несколько секунд простояла в воде, двигая ногами. Потом испугалась, схватилась обратно.

— Видели?

— Видела.

— Ему не говорите. Теперь весь отпуск будет заставлять.

Я вернула доску. Нина поплыла, осторожно толкая перед собой пенопласт. Я сделала ещё несколько кругов и вышла, когда руки начали приятно уставать.

В раздевалке две женщины обсуждали мужчину, который спорил в понедельник на викторине. Я поняла, что речь о Романе, по низкому голосу и шутке про неправильно угаданного актёра.

— Он женатый? — спросила одна.

— Не знаю. Видела с женщиной. Симпатичная, тёмненькая.

— Здесь все с женщинами. Даже мой.

Они засмеялись. Я стояла за открытой дверцей шкафчика, выжимала купальник и чувствовала себя одновременно польщённой и разоблачённой. Хотелось выйти, сказать что-нибудь так, чтобы они поняли: та самая женщина — я. Хотелось немедленно исчезнуть, пока не посмотрели и не решили, что ошиблись.

Я вытерлась, надела платье, прошла мимо. Женщины не обратили внимания. Одна искала крем, вторая пыталась вытряхнуть воду из уха. Их интерес давно переместился дальше, а я всё ещё несла на себе чужое «симпатичная», как украденную вещь.

* * *

В коридоре Роман разговаривал с администратором. Я увидела его раньше, чем он меня, и могла свернуть к лестнице. Вместо этого пошла прямо.