Книга Мальвина. Ошибка наемницы, страница 2 – Алена Бондар, Карина Рин

— Да, а что, хотите выпустить уже? — язвлю, пытаясь понять его.

— Можно на "ты", — не отводит взгляд.

— Нельзя, — фыркаю и хочу сложить руки на груди, но наручники мешают.

— А я не спрашивал, — улыбается и все еще не сводит глаз с моих.

— Хорошо, только за горячий кофе, — отвечаю, не особо надеясь, но он удивляет.

Встает, идет к двери и, приоткрыв ее, кричит, чтобы принесли два кофе. Садится обратно, и мы молча играем в гляделки, ожидая наш кофе.

Наконец козлина в сером приносит нам кофе и оставляет на столе, одаривая меня презрительным взглядом. Мужчина напротив дает отмашку рукой, и тот скрывается за дверью.

Обхватываю ледяными ладонями пластиковый стаканчик, и тепло начинает расходиться приятным, немного покалывающим ощущением по ладоням. Делаю глоток и чувствую, как кипяток вызывает раздражение во рту — похоже, не только губу разбили.

— Чего скривилась? — заметив мое выражение, спрашивает мой новый собеседник.

— Хреновый же у вас тут кофе, — пытаюсь язвить, прикрывая болевые ощущения.

— А чего ты ожидала от кофе из автомата? В следующий раз баристу позову, — смотрю и вижу как он всё больше расслабляется и даже ухмылка расходится по его губам.

Определенно, он умнее и опытнее козла в сером, и от этого мне не по себе. Люблю работать с более простыми и понятными архетипами, а этот самодовольный индюк знает себе цену и, похоже, не просто так.

— Может, тебе принести нормальную одежду? — продолжает спокойным тоном, указывая на мое потрепанное платье и рваные чулки.

— Да ты прям сама галантность, — закатываю глаза и перевожу взгляд на стену.

— Слушай, толку, если ты здесь задубеешь и откинешься? Мы тогда точно ничего не узнаем, что там произошло, — таким же леденящим тоном, как и эта комната, произносит он.

— А я-то думала… — вскидываю скованные руки вверх. — Ты тут за даму переживаешь.

— Хватит язвить, толку нет отпираться. Тебя взяли прямо на месте твоего преступления, — сверля мне в висок, продолжает он. — Можешь играть в крутую сколько влезет... хотя нет, думаю, через пару дней подхватишь пневмонию и тут и ляжешь.

Ладно, привлек внимание, возвращаю взгляд на него.

— А как же право на звонок или адвоката? — хмыкаю, зная заранее ответ.

— Мы что, тебе полиция или ещё кто-то, кто вынужден соблюдать правила? — его ухмылка перерастает в хищный оскал. — Ты же понимаешь, что я прямо сейчас могу тебя прикончить, и никто даже не шевельнется.

— Хорошо, дай мне переодеться во что-нибудь, и мы продолжим, — суплю брови и стараюсь не пересекаться взглядами.

Он молча кивает и уходит, оставляя меня со своими мыслями. Сказать, что в моей голове сейчас слишком много мыслей, было бы враньем. Я спокойна, хотя вся эта ситуация неприятна мне, но поводов для паники пока я не вижу.

Через минут двадцать, по ощущениям, мужчина вернулся и бросает пакет на стол. Я с легкой долей интереса заглядываю в него и достаю серый невзрачный спортивный костюм, который явно на размер, а может и больше моего.

Хмурюсь, но выбирать не приходится — лучше, чем морозить попу на этом треклятом холодном стуле. Встаю без особой надежды на то, что мой новый собеседник свалит хотя бы из комнаты, не говоря уже про камеру на потолке. Отворачиваюсь к нему спиной и пытаюсь стянуть платье, неудобно — наручники на руках, хоть и спереди, но все же.