Книга Последний Хранитель Империи 3, страница 127 – Сергей Орлов

Я прислушался к себе — и понял, что он прав. Где-то на краю сознания, там, где раньше жил мой Покров, теперь была тонкая нить, уходящая куда-то вовне. К нему.

— Ритуал в Храме что-то изменил, — Рашид коснулся груди, там, где под одеждой билось его исцелённое сердце. — Не просто снял проклятие. Создал мост. Связал нас.

— Это хорошо или плохо?

— Не знаю. Просто есть.

Он повернулся ко мне.

— Ты уезжаешь.

Не вопрос. Он знал. Может, чувствовал через эту самую связь.

— Да. Завтра утром.

— Мы ещё встретимся.

Тоже не вопрос. Уверенность человека, который видит больше, чем показывает.

Рашид достал что-то из складок одежды и протянул мне на раскрытой ладони. Маленький камень на кожаном шнурке — тёмный, с прожилками, похожими на застывшие молнии.

— Это не магия, — сказал он. — Просто камень. Я подобрал его в Храме, когда всё закончилось. Он лежал прямо там, где ты стоял во время ритуала. Хочу, чтобы он был у тебя.

Я принял подарок. Камень был тёплым, словно впитал солнце пустыни и не хотел его отдавать. Или, может, это было что-то другое — отголосок той силы, что прошла через нас обоих в Храме.

— Спасибо, Рашид.

— Спасибо тебе. За всё.

Я надел шнурок на шею, и камень лёг на грудь рядом с медальоном-татуировкой. Два артефакта, два напоминания о том, через что я прошёл.

Мальчик, который должен был умереть. И человек, который отдал свою силу, чтобы его спасти. Странная связь, странная судьба.

— Береги себя, — сказал я, поднимаясь.

— И ты. — Рашид снова запрокинул голову к звёздам. — Что-то ждёт тебя дома. Что-то тёмное. Я не вижу что, но чувствую. Будь осторожен.

Ещё одно предупреждение. Сначала Фатима, теперь Рашид. Все вокруг чувствовали то, чего не мог почувствовать я.

— Буду, — пообещал я и пошёл обратно к дворцу, оставив юношу наедине со звёздами и фонтаном.

В комнате было темно и тихо. Рита спала, разметавшись по широкой кровати, и лунный свет серебрил её волосы.

Я сел у окна, положив Кодекс на колени. Открыл книгу.

Страницы больше не были пустыми. Узоры проступали на них — не текст, скорее тени образов, очертания символов, которые ускользали, стоило попытаться рассмотреть их напрямую. Но краем глаза я видел: книга оживала. Медленно, неохотно, но оживала.

Я положил ладонь на страницу и закрыл глаза.

Тепло. Знакомое, родное тепло, которого мне так не хватало. Оно поднималось от книги, впитывалось в кожу, текло по венам к груди, где спал мой Покров.

И голос.

— … Арсений…

Далёкий, как эхо в горном ущелье. Но узнаваемый. Александр.

— Я здесь, — прошептал я, боясь спугнуть хрупкую связь. — Слышу тебя.

— … возвращайся…

Слова приходили урывками, словно сквозь толщу воды.

— … домой…

Пауза. Я затаил дыхание.

— … опасность…

И всё. Связь оборвалась, как перерезанная нить.

Александр жив. Или то, что от него осталось — живо. Где-то там, в глубинах моего спящего дара, он всё ещё существует. И он предупреждает об опасности.

В Петербурге.

Сердце колотилось как бешеное. Руки слегка дрожали.

Значит, решение ехать домой было правильным. Там что-то происходит. Что-то, о чём Александр пытается меня предупредить, тратя последние крохи сил на эти обрывочные послания.

Я посмотрел на спящую Риту. Рассказать ей? Утром. Сейчас пусть спит. Завтра будет долгий день.

Утром у ворот Аль-Джабаля собралась толпа.