Книга Один я остался без силы 2, страница 41 – Сергей Орлов

— Вы же сами просили… — начал было он, но, заметив мою улыбку, усмехнулся. — Никак не могу привыкнуть к вашему чувству юмора. А если серьезно, то эту проблему надо как-то решать. Мы с вами, как бы это сказать, находимся в слишком разных весовых категориях, что рано или поздно может привести к печальным последствиям.

— Паитесь, что рано или подно не сделжитесь? — понятливо протянул я.

— Вы оказываете слишком серьезное сопротивление, чтобы с вами не считаться. Поэтому даже несмотря на свой профессионализм, я периодически забываю, что дерусь с ребенком, а не равным противником. А это может очень плохо закончиться.

Я вспомнил нездоровый блеск в глазах полковника, когда он меня душил, после чего хмыкнул, удлинил руку и хлопнул ладонью ему по плечу.

— Ничео поковник, я ласту очень быстло, поэтому совсем скоро смогу слажаться с талантливыми подлостками. — Я посмотрел на настенные часы и поднялся на ноги. — Кстати о них… кажется, пола возвлащаться облатно. Нельзя плопускать занятие по математике…

Полковник закрепил поясной ремень и поправил форму, после чего помог мне собрать вещи в сумку и закинул ее на плечо. Я же, в последний раз взглянув на проклятый тостер, клятвенно пообещал себе, что к концу недели разберусь с этой проблемой. Бытовой технике меня не победить!

В Доме Юных Суперов продолжались сплошные «скандалы, интриги и расследования». Мать Алешеньки так и не простила моего дерзкого поведения, потому попыталась подключить все имеющиеся связи, чтобы вышвырнуть нас с Викой из Северного Бастиона.

И если среднее управляющее звено нехотя шло ей навстречу (мало кто хотел ссориться с родом Щукиных), то стоило делу дойти до верхушки, его сразу же замяли. Причем, без объяснения адекватных причин, что привело Щукину в откровенное бешенство. Она даже обращение к главе своего рода написала с требованием принять меры!

Только, по словам Макеева, это для девушки стало большой ошибкой. Ведь старший Щукин не просто отказался помочь, но еще и пообщался лично с генералом Семеновым, чтобы попросить не давать маленькому Алеше спуска и тренировать как всех остальных детишек. А то устроили тут цирк! Младенец их обижает… позорище!

Последние слова были цитатой из письма генерала Семенова лично Макееву. Именно последний и должен был проследить за неукоснительным выполнением приказа.

Так что теперь бедного Алешу с утра до вечера третировали тренировками, что привело к полной потере популярности. Его друзья оказались очень ленивыми, а поэтому резонно испугались, что, находясь рядом с маленьким Приручителем, тоже попадут под раздачу.

Ну и идиоты… вам природа суперсилы дала, а вы отказываетесь их развивать! Хотя, объективно говоря, из двадцати четырех детей в группе от силы половина сможет в будущем адекватно сражаться. У всех остальных не способности, а нелепость какая-то. Ну хоть природная сила и выносливость останутся, что тоже очень-очень неплохой бонус.

Когда мы вернулись в группу, там меня ждал сюрприз. А именно, появление нового воспитателя в виде низенького, бородатого и очень полного мужичка, на вид которому было лет сорок, не меньше. Он тепло поздоровался с полковником Макеевым, после чего протянул свою лапу мне.

— А вы у нас Ярослав Краснов, правильно? Тот, что с ускоренным развитием? Приятно познакомиться. Меня зовут Потехин Михаил. С сегодняшнего дня именно я буду вашим воспитателем.