Книга Лекарь в мире ЗОМБИ 4, страница 117 – Сергей Орлов

Диана первой нарушила тишину:

— Нам только что помогли? — в её голосе звучала смесь облегчения и недоверия. — Кто-то всё ещё управляет такими технологиями? Кто-то, кто следит за тем, что здесь происходит?

Рогов осмотрел площадь, тяжело опираясь на фонарный столб. Его лицо исказилось от боли, но глаза оставались ясными и холодными.

Никто в той реальности не обладал подобным арсеналом. Ни армия, ни корпорации. То, что я вижу сейчас, — шаг далеко вперёд по сравнению с тем временем.

Диана привалилась к бетонной колонне, наконец позволяя усталости взять верх.

— Может, это хорошая новость? — с надеждой произнесла она. — Значит, кто-то выжил и даже сохранил технологии. Может, у нас есть шанс…

— Хорошая? — Рогов издал короткий лающий смешок. — Ты не понимаешь. Кто бы ни устроил нам этот ад, он всегда уравновешивает силы. Чем сильнее становятся люди, тем мощнее эволюционируют мертвецы.

— О чём ты? — я не отрывал взгляда от тлеющих останков зомби.

— Закон равновесия, — Рогов провёл рукой по лицу, размазывая засохшую кровь. — Еще в прошлой жизни мы заметили одну неприятную закономерность: когда уничтожаются крупные скопления зомби, среди них начинали появляться псионики. А когда мертвецы вырезали человеческие поселения, у выживших пробуждались способности.

Он перевёл взгляд с меня на Диану и усмехнулся с каким-то мрачным пониманием.

— Не удивляешься? Выходит, ты всё-таки рассказал ей про нашу… прошлую жизнь, — он кивнул в сторону Дианы, которая метнула в него убийственный взгляд. — Впрочем, и без этого было понятно — иначе её ярость в мой адрес было не объяснить. Она ведь даже не видела, каким я был… точнее, каким стану.

Он оглядел площадь, его губы скривились в гримасе отвращения:

— Если кто-то начал использовать высокие технологии против мертвецов, то я даже боюсь представить, что система выкинет в качестве ответки.

Как ни странно, в этом вопросе я был полностью солидарен с Роговым. В прошлой жизни мы тоже замечали эту закономерность — будто какая-то невидимая сила намеренно поддерживала баланс, не давая ни одной стороне получить решающее преимущество. Слишком много побед над мертвецами — и вот уже появляются новые зомби-псионики. Слишком большие потери среди людей — и выжившие внезапно обретают дополнительные способности.

Наверное, в этом был какой-то извращённый смысл. За пять лет я понял, что единственный шанс на выживание поселения заключался в определённом сосуществовании с мертвецами. Не войне на уничтожение, а… скорее, в жизни на одной территории, но в разных экосистемах. Псионики могли и должны были развивать свои способности, но без массового истребления ходячих трупов. И только при таком подходе был шанс избежать той самой «ответки», о которой говорил Рогов.

А сейчас кто-то решил плюнуть на все правила и уничтожить тысячи мертвецов за один раз с помощью высоких технологий. Боюсь даже представить, чем система ответит на такой вызов.

— Пошли вниз, — сказал я, сжимая зубы от боли в плече. — Нужно проверить, что там с нашими.

Спускаясь обратно в метро, я мысленно готовился к худшему. После той бойни, которую мы устроили на станции, и хаоса массовой эвакуации гражданских, ожидать можно было чего угодно. Только сейчас, когда адреналин начал отпускать, я в полной мере осознал масштаб наших потерь. Но то, что мы увидели внизу, было… почти нормальным, несмотря на всё произошедшее.