Книга Лекарь в мире ЗОМБИ 2, страница 10 – Сергей Орлов

Справа — традиционный путь Лекаря, залитый мягким голубоватым свечением. Первые пассивные навыки были мне уже знакомы: базовое исцеление ран, ускоренная регенерация тканей, очистка крови от токсинов, блокировка болевых сигналов. На следующих уровнях открывались продвинутые техники: силовая трансфузия (передача энергии другим псионикам), метаболический контроль (управление обменом веществ) и комплексная регенерация (восстановление целых конечностей). А дальше, за пределами моего текущего уровня, виднелись совсем экзотические возможности: создание временных органов-протезов, стабилизация критических состояний, ментальная настройка (коррекция психических отклонений на энергетическом уровне).

Слева — тёмная извилистая ветвь, отмеченная зловещим красноватым мерцанием. Путь Тёмного Лекаря. От неё словно исходил холод, а каждый элемент отбрасывал неестественные тени, будто предупреждая об опасности. Начальные техники уже пугали: энергетический вампиризм (высасывание жизненной силы), болевая индукция (способность вызывать нестерпимую боль одним касанием), управление разложением (ускорение или замедление гниения тканей). Далее шли ещё более мрачные возможности: контроль мёртвой плоти, создание биологических паразитов, подчинение чужой воли через введение энергетических «якорей».

А на высших уровнях маячили техники, от которых внутренности скручивало ледяным узлом: создание химер из живых и мёртвых тканей, формирование энергетических копий сознания, и, наконец, самое соблазнительное — «Восстановление Сущности». Легендарная способность, позволяющая Тёмному Лекарю вернуть мертвеца обратно в человеческое состояние.

Звучит классно, правда? Только есть пара жирных «НО», которые ставят крест на всей романтике этой способности.

Во-первых, работает эта хрень только на тех мертвяках, которые ещё не успели отведать человечинки. Один укус, один глоток крови — и всё, назад дороги нет. А во-вторых, чтобы прокачаться до такого уровня, придётся закатать под асфальт столько народу, что счёт пойдёт не на сотни, а тысячи душ. И вот тут возникает парадокс — убив столько людей, Тёмный Лекарь настолько погружается в пучину безумия, что ему уже насрать с высокой колокольни на всех остальных. Все эти возвышенные идеи о «спасении человечества» превращаются в пыль, и остаётся только жажда силы и власти. И «возвращать» они уже никого не хотят.

Я невольно вздрогнул, вспоминая нашу последнюю встречу с Чумой перед тем, как нам пришлось его уничтожить. Тварь, в которую он превратился, уже мало напоминала человека. Распухшее тело, покрытое гниющими язвами, пальцы-когти, способные пробить грудную клетку, и эти глаза… Полностью затянутые алой пеленой, словно два кровавых озера на изуродованном лице.

«Знаешь, что самое прекрасное в этом пути?» — хрипел он, удерживая меня в энергетических путах. — «Их боль становится твоим наслаждением. Каждый крик агонии наполняет тебя экстазом. Каждая украденная жизнь делает тебя сильнее. Не просто сильнее — она превращает тебя в настоящего бога!»

Троим из нашего отряда он разорвал грудные клетки одним движением пальцев, просто чтобы показать мне, как работает его «искусство». Четвёртого заставил гнить заживо, пока тот не превратился в лужу слизи, умоляя о смерти. И всё это время Чума смотрел мне в глаза, ухмыляясь окровавленным ртом: «Видишь, брат? Это может быть твоим!»