Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 3, страница 124 – Миф Базаров

Мы встали у края проёма, слыша, как шаги удаляются в глубину убежища.

Я переглянулся с напарницей. Маша стояла слева от проёма, спиной к камню, револьвер стволом вверх у щеки. Я справа.

Во дворе всё ещё оседал гул от огненного удара.

Прокрутил в голове последние полминуты. Иванов вскинул ладонь, когда я поднимал руку и говорил «мы». При свете дня, в пятидесяти шагах, на чёрный плащ ордена. Без окрика.

Что это было?

Почему военные напали на нас?

Я выглянул вновь, усилив восприятие. Двор был в пыли и летающем в воздухе пепле. Трава догорала полосами, дым стелился клочьями. Тело сектанта, висевшее недалеко от входа на каменном столбе, обгорело с одного бока, а мошкары над ним больше не было — сгорела.

Военные шли от вездеходов вверх по склону, разбившись на пары. Восемь. Ещё двое остались у машин и с места так и не двинулись.

Они шли молча, без оглядки друг на друга и жестов.

Это я отметил первым, и стало неуютнее, чем от торнадо. Так в имперской армии не воюют. У нас ведь как? Главный враг — это твари с прорывов, а им не понять ни нашу речь, ни мат, ни тем более жесты. А здесь по щебню поднимались восемь человек, и я слышал только сапоги.

— Инквизиция! — крикнул я. — Оружие на землю!

Нападающие даже не сбили шаг.

Но работали грамотно. Двойки двигались перебежками, от валуна к игле, от иглы к дереву. Один бежит, второй держит сектор. Складку склона у флигеля использовали всю. Так учат в первый год службы, и так почти никто не ходит на третий — живой человек ленится. Эти двигались так, словно они на учении перед комиссией.

И лица.

Я разглядел их с двадцати шагов, когда ближняя двойка вышла из дыма. Ровные. Такие бывают у людей в трамвае, который пятнадцать лет возит их одним маршрутом на работу.

Иванов поднял ладонь, и в ней снова начало наливаться.

Я бросил щуп в верхний слой ближнего — рыжего парня лет двадцати с небольшим, с карабином. Фон воздушника, слабый, второй уровень. Защиты никакой. Мыслей тоже.

Внутри только задача. Одна, без «почему» и «что потом»: убить всех, кто выйдет из пещеры. Кто именно — в задаче не значилось.

Неважно кого.

— Их всех кто-то ментально держит, — сказала Маша, покусывая губы.

— Вижу.

— Как действуем?

— Ментально и антимагия.

Я поискал газлайтера, управляющего разведвзводом.

Скан веером на весь двор, склон, руины дома и ближнюю территорию за воротами. Ничего.

Тогда я опять вернулся к рыжему и нащупал у него в сознании нить поводка. Она тянулась вверх и обрывалась пустотой, без следа и направления.

Так выходит только у сильного мага, способного одновременно держать десятерых и при этом не отсвечивать.

Опытный.

И он щупал нас в ответ. По моей защите прошёлся вражеский щуп. Мягко, еле ощутимо, он проверял, есть ли в обороне щель. Школа инквизиции выдержала. На Марии касание умерло сразу, медальон не отдал ему даже того, что перед ним живой человек.

М-да…

— Первым тощего как жердь, он твой, — сказал я. — Без раздува Иванов даст обычный фаербол, это мы переживем. Потом сам Иванов. Остальных режем антимагией и валим в верхний слой.

— Не убиваем?

— Их — нет, у них в головах чужая рука. А вот его я бы убил.

— Двое лекарей против десятерых боевых и газлайтера. И убивать нельзя, — Мария взвела курок.

Невольно улыбнулся. Достал револьвер, откинул барабан, внутрь шесть с антимагией, потом достал из кармана второй ствол — казённый, тот, что достался мне от интенданта в колониальном управлении. Дюжина патронов, берёг на сектантов.