Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 3, страница 108 – Миф Базаров

В кабинет мы вернулись к семи утра. Мария принесла чай, пока я составлял бумагу. Я считал просто. Плюс два человека в этом котле не решали ничего, колония «Точка» с единственным крупным городом Новогородском не такая большая, размером с Новгородскую губернию на большой земле. И её сейчас прочёсывали три сотни чёрных плащей и ещё столько же практикантов. За Снежными пришёл не грабитель, за ними охотились сектанты спустя всего месяц после того, как Анну спрятали под лучшую охрану империи. И у меня была своя гипотеза, куда тянется эта нить. Проверка стоила три дня. Через три дня я либо вернусь с доказательствами, либо признаю ошибку и пойду по другому пути.

Рапорт я написал в шесть строк: магистр по особым поручениям убывает на трое суток для проверки версии об обстоятельствах исчезновения Снежных. Маршрут не указал. Намеренно. Бумага пройдёт через столы, а я слишком хорошо помнил, чем кончается сказанное при пятерых. По букве — чисто: подчинение у меня через голову любого здешнего начальства, и Филипенко к такому рапорту вопросов иметь не будет. Рыться начнёт разве что Пономаренко, из чистой стервозности. Ну и пусть роется, в шести строках не разгуляешься.

Сегодня всем в управлении не до бумаг: поиски. Пока сводки, пока доклады, пока чьи-то руки доберутся до входящих — у нас будет как минимум полдня форы.

Мария поставила передо мной стакан чая и села напротив, на краешек своего стола.

— Всё, поехали, — сказал я, чиркнув на листе подпись.

Она не спросила «куда» и «зачем». Спросила правильнее:

— Когда?

— Сейчас. Собери походное на неделю.

Рапорт я отдал дежурному под роспись во входящем журнале, всё по форме, комар носа не подточит. И через полчаса мы уже крепили у гостиницы походный инвентарь на мотоциклы. Скатки поперёк багажников, канистры на «Урал», сумки под сетку. Работали в четыре руки и молча: я тянул ремень, Мария уже подавала следующий, и со стороны это, наверное, смотрелось как погрузка семейной пары, выезжающей на дачу. Если бы не стволы.

Чёрный микроавтобус остановился на соседней стороне улицы, дверь откатилась, и через тротуар к нам пошёл Волков. В глубине салона, у дальнего окна, сидел Соколов, без плаща, тот лежал рядом на сиденье. Менталист смотрел на нас со своим всегдашним стариковским вниманием. Я кивнул, он ответил тем же, не меняясь в лице.

— А ты куда? — Волков окинул взглядом скатки, канистры, сетку.

— По городу.

— Не ври, — сказал друг без улыбки. — Ты обещал, что без меня пропадать надолго не будешь. Обещал?

— Обещал.

— Ну и?

Я затянул ремень до щелчка. Врать Димке я не хотел лет с двадцати, да и читал он меня как дежурную сводку.

— В Новоархангельск. Надо там проверить одно старое имение.

— Так ты всё-таки не бросил эту идею, — друг покачал головой.

— Нет. Мне кажется, Пестовы как-то связаны с Осьминогом.

— Осьминог, значит, — Волков задумался, глядя на мотоциклы. — А у нас зацепка. Помнишь рощу за усадьбой, куда выходил подземный ход? Там неподалёку ночью машину, оказывается, угнали. Нашли её только сейчас, брошена у железнодорожных складов. Вот едем туда трясти сторожей и грузовые ведомости.

Поездом, значит, ушли. Умно. Если на скоростной сели, то ушли ещё до того, как оцепление на телепортах заработало.

— Удачи в посках.