Книга Клятвы и руины, страница 24 – Хелен Шойерер

Боги, ей нужно перестать думать об этом. От одной лишь мысли становилось жарко.

Тихо выругавшись, она отправилась собирать свои вещи.

С небольшой сумкой со скромными пожитками наперевес Тея добралась до его домика, стоявшего у западного подножия гор. Думая о том, как заговорить с Хоторном о Себе и Верниче, она остановилась перед закрытой дверью. Раз ей предстояло здесь жить, стучать нелепо.

— К черту, – шепнула она, после чего поднялась по ступенькам крыльца и открыла дверь.

Внутри царила та же атмосфера, какой Тея ее запомнила, – теплая и уютная, полная противоположность человеку, что здесь жил. В камине потрескивал огонь, перед ним стояли два потрепанных кресла. Под одним из окон находился стол и стулья, а по всей комнате были расставлены цветочные горшки с растениями.

Самого Боевого Меча видно не было; ожерелье из цветов, что она сплела в их поездке в Харент, пропало. Однако на столике лежало нечто другое… В мерцающем свете камина блеснул голубой драгоценный камень, и Тея сама не заметила, как направилась к нему. Она бросила сумку на пол и подняла украшение, вертя его в пальцах.

Сапфир. На пиру у короля Артоса в Харенте она видела, как подобные украшали изящные шеи благородных дам.

Хоторн хранил ожерелье другой женщины. От этой мысли внутри у нее все болезненно сжалось, и на языке она ощутила горький привкус. Хоторн хранил ожерелье другой женщины прямо у себя в доме. Куда он никого не впускал.

Неужели она была так глупа, раз думала…

Тея бросила украшение, словно обожглась. Она запретила себе развивать эту мысль, поддаваться той вспышке ревности, что разгоралась внутри. Хоторн – ее наставник, на этом все. Он мог делать что угодно и с кем угодно.

Успокаивая мысли, она подхватила сумку и прошлепала в тускло освещенную спальню.

У дальней стены ее ожидала узкая койка.

Ей пришлось принять неизбежное, и это остудило пыл Теи. «Да постель Дакса и то лучше, чем это», – подумала она.

Радуясь тому, что хотя бы Хоторна нигде не было, она скинула ботинки и отправилась в ванную. Она мечтала умыться и улечься на свою койку, не встречаясь с ним.

Однако, когда она открыла дверь, из комнаты хлынул свет.

Перед ней стоял обнаженный Уайлдер Хоторн, за исключением прижатого к паху полотенца. В серебристых глазах пылала злость.

Фурии, она прекрасно помнила, как выглядело его точеное, покрытое татуировками тело, но видеть его своими глазами практически обнаженным и с блестящими на коже каплями воды – совсем другое дело.

«О боги…»

При виде Хоторна щеки ее залились румянцем. Внизу живота затягивался узел желания, пока она рассматривала его влажные спутанные волосы, широкие плечи, рельефный живот…

— Что ты делаешь? – прорычал он, продолжая прижимать полотенце.

У Теи перехватило дыхание: взгляд ее проскользнул по загорелой коже к его животу, где полоска темных волос, словно стрела, спускалась к…

— Я…

— Продолжай, принцесса.

Тея ожидала, что в ней поднимется волна ярости, готовилась ощутить, как в ней зарождается молния, однако сейчас внутри нее бурлила не магия.

В ней растекалось желание.

— Нужно повесить замок на дверь, – выдавила она, заставив себя поднять взгляд.

Он протиснулся мимо нее, за ним потянулся шлейф опьяняющего аромата розового дерева и кожи.

— Нет, не нужно, – буркнул он. – В следующий раз стучи.