Книга Клятвы и руины, страница 137 – Хелен Шойерер

Он хотел подойти к Тее, но она вместе с Рен бросилась к торговым лавкам, оставляя молодых людей в еще большем замешательстве, чем прежде.

Уайлдер отправился к пирсу, ведя за собой жеребца. Прислонившись к широкой колонне, он взглянул на порт, вдыхая морской воздух и ощущая вкус соли на языке. Он поступил глупо, позволив себе мгновения счастья среди всего хаоса. Ему не следовало забывать о своем долге и единственной цели – бороться с тьмой, уничтожать монстров. Его же целиком охватила Тея и их общее удовольствие. На быстротечный промежуток времени он увидел, какой могла быть его жизнь, будь он другим человеком, будь она другим человеком. Их бы ничто не тревожило, существовали бы только они вдвоем, они бы смеялись, занимались сексом, упивались друг другом. Он бы до конца своих дней узнавал Тею, ее тело, мир, душу… Даже в «Веселом лисе» он тешил себя иллюзиями – притворялся, будто наслаждение обществом товарищей и в самом деле его жизнь. Он даже представил, как называет их друзьями. Друзья. С тех пор, как Талемир покинул Гильдию, это слово стало ему чуждым.

— Отсюда слышу, как мысли роятся в твоей голове, брат, – произнес Тордж, подходя ближе к Уайлдеру и прослеживая за его взглядом, устремленным на сапфировые воды.

— Есть о чем подумать.

— Понимаю.

Уайлдер поерзал у колонны, мечи на его спине неприятно впились в кожу.

— Насчет того, что вы увидели утром…

Боевой Меч весело улыбнулся.

— Что же?

— Я…

Уайлдер вдруг не нашел, что сказать. Что то была минутная слабость? Что этого не повторится? Что это ничего не значило? У него не было сил лгать, к тому же Тордж ему ни за что не поверит. Гроза Медведей знал с самого начала, что между ним и Теей что-то происходит, и никогда не осуждал.

Уайлдер запрокинул голову к небу и тяжело вздохнул, борясь с волнением и стеснением в груди.

— Я не знаю, – наконец произнес он.

Тордж понимающе хмыкнул.

— Я всегда думал, что в любых отношениях тебе будет непросто, но узнать, что она королевской крови… Кажется, ты в полной заднице.

Уайлдер мрачно усмехнулся и провел рукой по изможденному лицу.

— Это твоя профессиональная оценка?

— Вроде того, – Тордж удивленно покачал головой. – Так вот почему вы поехали в Дельмиру.

Уайлдер кивнул.

— Я подумал, это поможет ей что-то вспомнить, понять, что случилось с ней и Рен.

— Помогло?

— Не особо.

Тордж переступил с ноги на ногу.

— Она знает, что Дочь Тьмы охотится за ней?

— Нет, – холодно и резко ответил он.

— А ее сестра? – несмотря на тон Уайлдера, продолжил Тордж.

— Насколько мне известно, нет.

— Ты собираешься им рассказать?

— Я планировал это сделать… Когда-нибудь.

— Неужели? – усмехнулся Тордж. – И как ты собираешься это провернуть? Хранить подобный секрет.

— Я привык хранить секреты.

— В этом, брат, я не сомневаюсь, – Тордж пихнул его локтем. – Я не устаю тебе повторять… Однажды тебе придется открыться. Снова довериться людям, понимаешь?

— Я доверяю. Ей. Или, по крайней мере, начинаю.

— Она не единственный человек в твоем окружении, согласись.

— К тебе, Тордж, я подобных чувств не испытываю, – съязвил Уайлдер.

Тордж хохотнул.

— Ты понимаешь, что я имею в виду. Талемир ушел. Малик… Это Малик. Я рядом. Все время был рядом. Еще до того, как ты стал Боевым Мечом.

Уайлдер запустил руку в волосы. Стоявший рядом воин стал единственным, кому за все эти годы удалось подобраться к званию друга ближе всех. Каким был злым и нелюдимым Уайлдер ни был, Тордж оставался рядом. Уайлдер часто считал Грозу Медведей занозой в заднице, но теперь…