Книга Пламя на ветру, страница 217 – Анастасия Ваймор

По двору, да и по всей столице в целом уже ползли слухи о том, что король задумал жениться ещё до восхождения на престол. Именно тогда он якобы сделал предложение дочери герцога. Как и где это произошло, не уточнялось. Но Фальк, немного поболтавшись среди простого люда, подтвердил: жители Зораты своему королю верят и неожиданно возникшая невеста вопросов у них не вызывает. Чего нельзя сказать об аристократии. Но с этим Джерд разберётся сам.

Он ласково провёл большим пальцем по тыльной стороне хрупкой ладони, которую держал в своей руке. Кейт с любопытством глазела по сторонам. За их спинами, на расстоянии вдвое больше обычного, шагали гвардейцы. Все пятеро, и король в том числе, подстраивали свой широкий шаг под её лёгкую поступь.

Джерд ждал этого дня так долго, что порой сам не верил, что тот вообще настанет. Слишком часто надежда уступала место отчаянию, и мысль о том, что всё может так и не случиться, не давала покоя.

Но теперь Кейт была рядом, в Ауррории. Не по нелепой случайности и не по чужой безжалостной воле. Она вернулась потому, что хотела быть здесь. Потому, что сделала выбор и сказала «да». И потому, что любила его.

На фоне счастья, которое сейчас испытывал Джерд, меркло всё: тревожное ожидание вестей от Зарга, бесконечные споры с Советом, шаткое положение королевства, что так и не оправилось от войны, и сны, что мучали его всё чаще.

Всё отступало. Не исчезало, нет. Дела по-прежнему требовали решений, но это потом, позже. А пока его занимало одно — серые, бездонные, как река в предрассветном тумане, глаза.

Прошлой ночью Кейт отдавалась ему так горячо, так полностью. Шептала о любви, словно это было всё, что имело значение. Лаская её, Джерд терял голову. Обнимал нежное, податливое тело и тонул в ответных ласках.

Вспомнив об этом, он тут же ощутил острое желание и даже подумал поддаться слабости и нарушить данное Кейт слово. Послать всё к крахену и на весь оставшийся день запереться с ней в спальне. Но серые глаза горели таким любопытством, что пришлось собраться с мыслями и сосредоточится на том, что он хотел сделать.

На удивление, ему было приятно показывать ей Дворец. Сам он к этому месту большой симпатии не испытывал. Оно всегда казалось ему чем-то чуждым, присутствующим в жизни лишь как обязанность, а не дом. Домом Джерд по-прежнему считал Спящий Утес.

Но шагая с Кейт по бесчисленным коридорам, рассказывая об истории этих стен, Джерд вдруг поймал себя на мысли, что даже ощущает некоторую гордость за своих предков, и обнаружил, что Дворец больше не видится ему враждебным. Может, время сделало своё дело, а может, присутствие Кейт, которая озаряло всё вокруг тёплым живым светом. Джерд согревался в нём и оттого теперь не смотрел на мир с присущей ему холодной рациональностью.

— Конюшни… — выдохнула Кейт, едва они переступили порог высоких дверей, что вели к стойлам.

Белая кобыла заволновалась, стоило им приблизиться. Кейт осторожно вытянула руку, по-детски заулыбалась. Ирэлис повела носом и, раздувая широкие ноздри, мягко ощупала губами раскрытую ладонь. Затем довольно всхрапнула и чуть прикрыла веки. Признала хозяйку.

— Красавица моя, — шепнула Кейт, отодвинула задвижку и уверенно вошла в стойло.

Джерд стоял рядом на случай, если лошадь проявит агрессию, но Ирэлис снова подалась вперёд и ткнулась Кейт носом в плечо. Та засмеялась: