Книга Леди пепла, страница 311 – Мелисса Рёрих

— Что за…

Скарлетт подняла глаза, услышав возглас Кассиуса. Она проследила за его взглядом до стены в дальнем углу комнаты, где в свете факела мерцал едва заметный символ.

— Умно с твоей стороны, – бросила она Чародейке, повторно доставая кинжал. Снова порезав ладонь, она окунула палец в кровь и начала рисовать новую метку поверх мерцающей.

— Ты не узнала бы об этом, если бы у тебя не было моей книги, – вскричала Чародейка, все еще стоя на коленях на полу. – Теперь я не могу его использовать, – причитала она, проводя испачканными в крови и пыли руками по лицу, размазывая грязь по щекам. – Ты все испортила. У меня больше ничего нет. Никаких долгов, которые я могла бы взыскать. Ничего.

Скарлетт отступила назад, закончив рисовать знак. Он вспыхнул и угас, и Скарлетт осторожно коснулась кончиками пальцев каменных плит. Не встретив сопротивления, она прижала руку к тайнику, скрытому иллюзорной меткой. Открыв его, достала вырезанное из ночного камня ожерелье с символом богини сновидений и звезд Серафины, висящее на цепочке белого цвета.

— Спасибо за помощь, – сказала Скарлетт, пряча амулет в карман.

Ухватившись за решетку, Чародейка медленно подползла вперед.

— Ахаз послал сюда своих самых смертоносных серафимов, чтобы выследить их. Он сотрет вас с лица земли – и всех остальных тоже – и заставит смотреть, как он это делает. Он вознаградит меня за верность, и когда я заполучу свою книгу обратно, то лично вытащу тебя из-за Завесы, чтобы выпить твою кровь, – прошипела она.

Скарлетт медленно опустилась перед узницей на корточки, чтобы смотреть в ее фиалковые глаза.

— Понятия не имею, кто такой Ахаз, но непременно перебью всех до единого серафимов, которых он сюда прислал. Уже начала, – проговорила Скарлетт обманчиво мягким тоном. – А если он явится за мной лично, когда я закончу, то порешу и его тоже.

— Тебе не удастся его убить. Он не может умереть, – прошипела в ответ Чародейка.

На губах Скарлетт заиграла леденящая, как сама смерть, улыбка. Она схватила руки Чародейки поверх ширастоуновых прутьев и сжала, отчего камень сильнее впился в кожу. Пленница зашипела, а Скарлетт, не отпуская, приблизила свое лицо к ее.

— Тогда пусть рассыпется прахом под моими ногами.

С этими словами Скарлетт оттолкнулась от решетки и направилась к лестнице. Трое мужчин поспешили за ней.

— Ты не богиня, – крикнула ей вслед Чародейка. – Тебе не по силам остановить то, что грядет.

Притормозив у подножия лестницы, Скарлетт оглянулась через плечо.

— Возможно, богиня и не сможет остановить то, что грядет, а Леди Тьмы это сделает.

Пока Скарлетт поднималась по лестнице, Чародейка так и не поднялась с колен, и ее крики эхом отражались от стен.

Сорин

Сорин посмотрел на жену. Она спала рядом с ним обнаженная, ее серебристые волосы спутались и разметались по темному постельному белью. Даже во сне она выглядела удовлетворенной.

Так и было задумано.

Из Подводной тюрьмы Скарлетт телепортировала их прямиком во Двор Ветра, где в парадном фойе ожидала принцесса Эштин, будто заранее знала об их прибытии. Скорее всего, так и было. Возможно, Скарлетт послала ей сообщение, когда договаривалась с Брайаром об этой эскападе. Скарлетт попросила провести ее в комнату за дверями из найтстоуна и, когда ее желание было удовлетворено, битых полчаса пыталась вызвать в зеркальных вратах мужчину из своих снов. Сорин не видел свою жену такой… с тех пор, как она превратилась в ураган гнева, когда он сказал ей, что знал о ее королевском происхождении и скрывал от нее.