Онлайн книга «Фоллаут: Московский Гамбит»
|
Седой выругался сквозь зубы. Воронцов. Этот ублюдок лично взялся за их поимку. И, судя по его приказам, он прекрасно знал эту систему подземных коммуникаций. Или у него были очень хорошие карты. «А, Воронцов взялся за дело… — прокомментировал Давыдов, тяжело прислонившись к стене. На его лице гуля появилась мрачная усмешка. — Значит, дела наши совсем плохи. Этот кобель цепной, если взял след, не отвяжется. Я его знаю. Он как паук — плетет свою сеть, а потом ждет, пока муха сама в нее не влетит. Он не успокоится, пока не получит то, что ему нужно. Или пока не уничтожит то, что не может получить.» «Похоже, мы и есть те самые мухи, — Седой посмотрел на Рыжего, который с ужасом слушал приказы Воронцова, эхом разносившиеся по туннелям. — И сеть вокруг нас сжимается.» Они попытались найти другой путь. Давыдов, напрягая память, вспомнил о еще одном старом сервисном туннеле, который должен был идти параллельно основному коллектору. Но когда они, рискуя быть замеченными, добрались до него, то обнаружили, что вход в него уже перекрыт свежесваренной стальной решеткой, а рядом маячат тени анклавовского патруля. Воронцов действовал быстро и эффективно. Он не просто гнался за ними, он предугадывал их возможные шаги, отрезая пути к отступлению один за другим. «Этот полковник… он не просто так свой хлеб ест, — Седой покачал головой. В его голосе слышалось невольное уважение к профессионализму врага. — Умный, жесткий. Таких опасаться надо вдвойне. Он не просто давит числом, он думает.» Снова раздался голос Воронцова из репродукторов, на этот раз, казалось, еще ближе: «Отряд «Сигма», прочесать сектор Дельта-Девять. Диверсанты, предположительно, пытаются выйти к старым вентиляционным шахтам в районе заброшенной насосной станции. При обнаружении — не вступать в бой без крайней необходимости, доложить координаты и ждать подхода основных сил. Помните: нам нужен «Объект «Заря». Живым.» «Он знает… — прошептал Рыжий, его лицо было белым, как стена. — Он знает, куда мы идем!» «Или предполагает, — поправил его Седой. — Но сути это не меняет. Он перекрывает нам все выходы. Скоро мы окажемся в мышеловке.» Их положение становилось отчаянным. Патронов почти не осталось. Давыдов едва передвигал ноги, каждый шаг давался ему с огромным трудом. Рыжий был на грани паники. И только Седой, казалось, сохранял ледяное спокойствие, хотя внутри у него все кипело от злости и безысходности. Он снова и снова прокручивал в голове возможные варианты, но все они заканчивались либо пулей от анклавовца, либо медленной смертью в этом вонючем лабиринте. Они забились в какую-то узкую, темную расщелину в стене коллектора, образовавшуюся от времени или от одного из давних обвалов. Отсюда был слышен топот приближающихся патрулей и их приглушенные голоса. «Ну что, дядь Серёг? — Рыжий посмотрел на него с отчаянием. — Это все? Приехали?» Седой молчал, вглядываясь в темноту. Он не знал, что ответить. Впервые за многие годы он почувствовал себя загнанным в угол зверем, у которого не осталось ни одного шанса на спасение. И тут, словно в насмешку, из репродуктора снова раздался голос Воронцова, на этот раз совсем рядом: «Внимание всем постам в секторе Дельта-Девять! Поступила информация, что диверсанты могут использовать старый водосточный коллектор, секция «Гнилая Топь», для выхода к реке. Приказываю: немедленно выдвинуть туда отряд специального назначения с газовым оборудованием. Использовать слезоточивый или усыпляющий газ. Объект «Заря» взять живым. Остальных — по обстоятельствам. Полковник Воронцов.» |