Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 177 – Наньпай Саньшу

— «Бесчеловечен и бесчестен тот, кто труп испортит и добро возьмет – поступок сей к небесной каре приведет».

Чжан Цилин вздохнул и решил отказаться от этой затеи. Отступив на шаг назад, он отвесил мумии земной поклон, но, когда снова поднял голову, ему вдруг показалось, что что-то не так. Чжан Цилин оглядел мумию со всех сторон и внезапно в ужасе застыл: на высохших губах трупа играла легкая загадочная улыбка.

Вот это было чудо из чудес! На своем веку Чжан Цилин повидал самых разных «цзунцзы», но те обычно умели только прыгать и скакать. Улыбающихся он еще не встречал ни разу. Чжан Цилин сразу напрягся, торопливо отскочил назад и на всякий случай приготовился к бою.

Неожиданно рука мумии, которая указывала в небо, опустилась и стала показывать куда-то на восток. Одновременно с этим «лучистые жемчужины» на потолке по неизвестной причине вдруг разом погасли, и вся камера погрузилась во мрак.

Когда они вошли в этот зал, для экономии батареек выключили фонари, и сейчас оказались в кромешной тьме. Кто-то закричал от ужаса. Чжан Цилин, однако, обнаружил, что, хоть освещение исчезло, темнота в камере не была полной. Он поспешно вскинул голову и понял, что четыре «лучистых жемчужины» в углах зала остались гореть, словно тусклые уличные фонари в ночном переулке, освещая лишь отдельные небольшие участки.

Тут где-то неподалеку раздался дрожащий голос Ли Сыди:

— На стене, там… там… там лицо!

Чжан Цилин вздрогнул от неожиданности и торопливо повернул голову. В свете «лучистой жемчужины» на восточной кирпичной стене в игре теней откуда ни возьмись появилось огромное бледное человеческое лицо.

У Чжан Цилина не было никаких сомнений, что это очередной трюк. С некоторым раздражением спрыгнув с платформы, он подошел к восточной стене и взглянул поближе. И правда: «лицо» оказалось теневой картиной. Когда свет под определенным углом попадал на определенные выемки в стене, из теней складывался рисунок. Но если бы угол был неправильным, картинка бы просто не проявилась. В стрессовой ситуации в переплетении причудливых линий можно было легко увидеть страшное лицо и перепугаться до смерти.

Тем временем Чжан Цилин со всем вниманием изучил изображение, и его сердце невольно дрогнуло. Это была сюжетная картина, которая демонстрировала зрителю сцену завершения строительства Небесного заоблачного дворца. Тот был на самом деле выстроен не в небе, а на вершине какой-то очень крутой горы, пик которой вместе с самим дворцом окутывал густой туман, и из-за этого складывалось впечатление, будто здание действительно парит в облаках. По покрытому снегом белоснежному пику Чжан Цилин понял, что гора наверняка очень высокая, но что именно за гора, догадаться не смог.

Повертев головой, он увидел на других стенах такие же теневые картины и отбежал к южной стене, чтобы рассмотреть пейзаж на ней. Там в скале под Небесным дворцом появилось множество выдолбленных гротов, соединенных дощатыми мостками, и толпы мастеров на них с помощью подъемных шестов из грота в грот затаскивали наверх гигантский гроб. Траурная процессия, выстроившись в ряд, с видимым трудом карабкалась по мосткам к дворцу. Чжан Цилин тихо ахнул. Небесный дворец оказался гробницей! Но в том гробу… Кто же в нем лежит?