Книга Холмс. Гарольд Холмс, страница 56 – Miledit

В Ламбетском дворце было тихо и как-то пустынно. Майкрофт Холмс, держа на руках сонного Гарольда, проследовал за молчаливым служителем через анфиладу залов, где портреты архиепископов прошлых веков, казалось, смотрели на посетителей то ли с молчаливым осуждением, то ли, что более вероятно, с холодным расчетом. Ну и немудрено: изощренных политических интриг здесь проворачивалось ничуть не меньше, чем в Уайтхолле.

Кабинет архиепископа, куда в итоге, пройдя через просторную приемную и оставив ребенка на попечение секретаря, попал Майкрофт, впечатлял: высокие потолки, темное резное дерево, полки с фолиантами в потрескавшихся кожаных переплетах, витражное окно с изображением святого Георгия и единственное современное — неприметный ноутбук на краю массивного стола. За этим столом сидел человек, чей титул был весомее, чем у некоторых монархов.

Архиепископ Кентерберийский, Роуэн Уильямс, барон Ойстермаутский, не был похож на пламенного проповедника. Он скорее напоминал усталого, пожилого, но невероятно проницательного университетского профессора, в глазах которого по-прежнему светился острый ум.

— Мистер Холмс, — архиепископ вежливо кивнул своему посетителю и указал на стоящее перед столом кресло. — Прошу, присаживайтесь. И давайте сразу перейдем к делу, опуская условности.

— Разумеется, Ваше Высокопреосвященство, — кивнул Майкрофт. — Благодарю вас за то, что нашли время и приняли меня в столь срочном порядке.

— Когда сэр Эверард говорит «срочно», это обычно означает, что речь идет о вопросе национальной… и, простите мне этот термин, духовной безопасности.

Архиепископ Кентерберийский внимательно, без спешки, принялся изучать документы, которые положил перед ним Майкрофт Холмс.

— Мистер Холмс, — наконец заговорил архиепископ, его голос был тихим, но заполнил собой все пространство комнаты. — Сэр Эверард уже вкратце описал ситуацию. Вы просите благословения и проведения обряда принятия в семью и наречения новым именем для… магического ребенка. Чтобы перекрыть его регистрацию в их системе. Это серьезный шаг.

— Выражаясь светским языком, Ваше Преосвященство, — кивнул Майкрофт, — это акт гуманитарной интервенции. Ребенок стал жертвой обстоятельств в мире, законы и мораль которого… далеки от наших. Его биологические родители погибли при непонятных обстоятельствах, связанных с магическим экстремизмом. Те, кто сейчас предъявляет на него права, — те самые силы, которые довели ситуацию до точки кипения и едва не убили его. Они же только что устроили вооруженное вторжение на нашу суверенную территорию, чтобы забрать ребенка. Оставить мальчика в их системе — значит обречь его на незавидную участь.

Архиепископ Кентерберийский отложил документы и задумчиво посмотрел на Холмса.

— Что ж, их наглость по-прежнему не знает границ. Они все еще считают себя выше законов Божьих и человеческих, играя с силами, которые…

Он запнулся, сдержав порыв.

— Вы говорите о спасении души. Церковь всегда была, есть и будет защитницей душ людских. Но вы также говорите о политике. И о противостоянии. Вы понимаете, что этот акт будет расценен магическим сообществом не как частное дело, а как брошенный им вызов? Как вмешательство Церкви в их сферу влияния.