Книга Грело. Гаспар де Марсан. Том I, страница 78 – Александр Шевец

— Что я плохо разговариваю со старшими?

— Что вы слишком много спорите. Но, когда понимаете, что неправы, почему-то перестаёте.

Гаспар усмехнулся.

— Похоже на комплимент человека, который не хотел делать комплимент.

— Именно поэтому я ему поверил.

Анри взял со стола чашу, обнаружил, что она снова пуста, и поставил обратно.

— Завтра северная группа меняет позиции. Ровиль будет здесь в пятом часу. Приходите тоже.

Гаспар нахмурился.

— Это приказ?

Принц посмотрел на него чуть дольше обычного.

— Нет. Пока нет.

На следующее утро Гаспар помогал д’Эстелю распределять людей по дозорам, когда к их костру подошёл уже знакомый посыльный принца. Капитан увидел молодого человека первым, проследил направление его взгляда и тяжело вздохнул.

— Марсан, твоя новая беда пришла.

Гаспар, затягивавший ремень на сумке одного из солдат, даже не сразу обернулся.

— Какая из них?

Посыльный остановился в нескольких шагах и поклонился капитану.

— Его Высочество просит лейтенанта де Марсана к карте.

Д’Эстель медленно повернул голову к своему подчинённому.

— Просит?

Молодой человек растерялся.

— Так мне велели передать, господин капитан.

Гаспар закончил с ремнём, выпрямился и поправил перевязь.

— Видишь? Я становлюсь уважаемым человеком.

— Вот этого я и боялся, — буркнул д’Эстель. — Иди, пока принц не передумал.

Гаспар сделал несколько шагов, потом всё-таки обернулся.

— К какому часу мне вернуться?

Капитан махнул рукой.

— Когда де Валье наконец поймёт, что ты ему надоел.

— Значит, к ужину.

Д’Эстель выругался и швырнул в него свёрнутой перчаткой. Гаспар поймал её на ходу, бросил обратно и пошёл вслед за посыльным к старой ферме, где уже были разложены карты.

Теперь Анри звал его туда не для того, чтобы выяснить, случайно ли вчера оказался полезен молодой лейтенант. Для этого у принца уже было достаточно ответов.

Пыль на дорогах давно сменила ту грязь, в которой Гаспар едва не оставил сапоги у Мерсальской низины. Потом прошла и пыль. Поля, ещё зелёные в начале кампании, выцвели, были убраны и теперь тянулись вдоль дорог короткой жёсткой стернёй. По утрам на ней серебрился иней, а вечером люди всё чаще спорили не о том, кому достанется лучшее место возле котла, а кому повезёт лечь ближе к огню. Лошади обросли более густой шерстью, дыхание часовых стало заметно в холодном воздухе, и солнце уходило за холмы гораздо раньше, чем хотелось армии, которая всё ещё не закончила войну.

За это время Гаспар успел привыкнуть к тому, что человека принца иногда можно было встретить возле костра роты д’Эстеля так же легко, как квартирмейстера или посыльного. Первый месяц капитан ещё каждый раз поднимал голову и спрашивал, что на этот раз понадобилось де Валье. Потом перестал. Гаспара вызывали не каждый день и даже не каждую неделю: иногда Анри хотел уточнить дорогу, иногда ему требовался человек, который сам видел нужный участок местности, несколько раз де Марсан простоял у стены весь совет и не произнёс ни слова. Однажды он спорил с принцем почти четверть часа и оказался прав; в другой раз Анри выслушал его, велел ничего не менять, а вечером выяснилось, что правильно сделал именно он.

Никакого нового звания Гаспар за эти месяцы не получил. По-прежнему служил под началом Лорана д’Эстеля, ходил со своей ротой, делил с ней еду и ночлег, а когда требовалось, вставал в строй вместе со всеми. Изменилось только одно: в штабе его больше не спрашивали, кто такой де Марсан.