Книга Грело. Гаспар де Марсан. Том I, страница 217 – Александр Шевец

Увидев его вместе с Леклером, женщина на несколько секунд растерялась, но быстро собралась.

— Я уже всё рассказала вашим людям. Мне он не должен. Неприятностей здесь не устраивал. Чем занимался в городе, я никогда не спрашивала.

Леклер не заставил её повторять весь утренний разговор у дверей. Пока поднимались по лестнице, он спросил лишь, случалось ли Ренье раньше уезжать таким образом.

— Иногда не ночевал, но обычно предупреждал. Если собирался уехать на несколько дней, тоже говорил. Вчера утром вообще никуда не собирался. Просил воду принести пораньше, потому что хотел закончить какую-то работу.

На втором этаже женщина открыла дверь и пропустила их внутрь.

Сундук стоял с поднятой крышкой, шкаф оказался почти пуст. На столе остались огарок свечи, кружка, песочница и маленькая чернильница. Кровать была смята. У окна стоял один стул, возле стены — таз на деревянной подставке.

Один из людей Матье проверил ящик стола, сундук и пространство за шкафом. Бумаг не было. Гаспар подошёл к окну и посмотрел во двор. Внизу стояли несколько бочек, лежали дрова, возле сарая сушились кожаные ремни. В дальней стене виднелись ворота в соседний переулок.

— Жильцы могут открыть их сами? — спросил он.

Мадам Брессон кивнула.

— У каждого есть ключ. Месье Ренье часто возвращался через двор поздно вечером, чтобы не будить весь дом.

Леклер попросил её вспомнить вчерашний вечер по порядку, начиная с последнего раза, когда она заходила в комнату. Около сумерек женщина принесла воду. Ренье сидел за столом и писал, перед ним лежали бумаги. Он попросил утром разбудить его раньше и оставить хлеб с сыром. Больше до позднего вечера она сюда не поднималась.

Когда пришло время закрывать нижнюю дверь, жилец спустился с сумкой и сказал, что неожиданно должен уехать. Напуганным мадам Брессон его не назвала. Скорее торопился и отвечал короче обычного. Она напомнила про рубахи, а Ренье велел оставить их у неё, если сам не успеет вернуться.

Гаспар спросил, говорил ли тот, что съезжает окончательно.

— Нет. И денег за оставшиеся дни не попросил. Хотя деньги он всегда считал внимательно.

Леклер перешёл к посетителям. За последние несколько недель один молодой мужчина приходил несколько раз, обычно ненадолго. Хозяйка знала его в лицо и считала служащим какого-то адвоката. Ещё однажды Ренье спрашивал человек постарше в хорошем плаще. Самого жильца дома тогда не оказалось, и посетитель ушёл, не оставив имени.

На попытке описать этого человека воспоминания мадам Брессон начали расходиться. Она не была уверена ни в цвете волос, ни в наличии бороды, ни даже в точной неделе, когда он приходил. Леклер не стал заставлять женщину придумывать то, чего она не помнила.

Письма Ренье приносили обычные городские посыльные. Один мальчик появлялся чаще остальных, но служил сразу двум нотариусам и адвокату с соседней улицы. Хозяйка знала его как Пьера. Ещё пару раз записки приносили слуги из домов, которые она не могла назвать.

После этого мадам Брессон спустилась вниз.

Один из людей Леклера проверил очаг. Среди золы нашлось несколько обгоревших краёв бумаги, но ни на одном не сохранилось целого слова. Гаспар присел рядом, приподнял обрывок кончиком ножа и почти сразу вернул его на место.

— Можно сказать, что нашли признание. Останется придумать, чьё имя было на сгоревшей половине.