Книга Ледяной ветер Суоми, страница 50 – Николай Свечин

— Что это, по-вашему? – спросил агент.

— Не знаю, но что-то важное. Спасибо. Покажу генералу Новикову, он разберется.

Лыков переписал цифры в блокнот, и Клэс тут же сжег бумагу, написанную своей рукой. А статский советник уже начал догадываться, откуда были взяты эти цифры, но промолчал. Он заговорил о другом:

— К вам еще одна просьба…

— Говорите без обиняков – поручение, – отмахнулся финн. – Я уже привык, притом состою у вас на жалованье.

— Вы идейный сотрудник, – возразил русский. – Такие самые редкие и ценные. Так вот, я веду дознание о краже денег из Русского для внешней торговли банка…

И он рассказал осведу ход дела. Закончил тем, что комиссар Кетола отказал ему в сотрудничестве.

— Вот такая история приключилась в вашем городе. Поэтому просьба или, если угодно, поручение: попытаться выяснить, что там на самом деле произошло. Активисты убили вора или это сделал преступник? И передал ли он средства партии или сбежал с ними? Если заниматься этим вопросом для вас опасно, я отменю свое поручение.

Лииканен слушал сыщика, и его брови сходились под все более острым углом. Под конец рассказа он выглядел расстроенным. И вдруг заявил:

— Я прямо сейчас готов вам ответить.

— Даже так? Слушаю.

— Упомянутый Каарло Тиландер, мой начальник, неделю назад вызвал меня и сообщил: союз скоро получит большую сумму в русских рублях. И надо разделить их на партии, чтобы поменять на финские марки в разных банках, не привлекая внимания.

— Ух ты!

— Я спросил, насколько велика сумма, и Каарло ответил: почти триста тысяч.

— Мои! – стукнул себя кулаком по колену Алексей Николаевич. – Мои!

Финн дал ему порадоваться и продолжил:

— А вчера, когда я принес Тиландеру план по конверсии рублей, он хмуро сунул его в бюро и буркнул… так?

— Так.

— …буркнул, что денег пока нет, реализация плана откладывается.

— А почему, не объяснил?

Клэс приосанился:

— Я понял, что могу спросить, и спросил. Мол, как долго ждать? Я с банками уже договорился, потеряю лицо, если сделка сорвется. Шеф ответил: человек нас подвел, но его уже ищут и скоро найдут. Пусть банки потерпят неделю-другую.

— Неделю-другую… – повторил сыщик. – Это большая удача. Ценнейшая информация, благодарю. У меня есть возможность платить вам за столь важные сведения отдельно. Примите, пожалуйста.

Он полез в бумажник и извлек сотенный билет:

— Вот. Расписки не надо, это из сыскного кредита Департамента полиции.

Расписка на самом деле была нужна – Джунковский подозревал всех сыщиков в том, что они жируют на секретные фонды, и ел их поедом. Но Лыкову казалось неудобным требовать бумагу от идейного агента.

Освед, немного смутившись, убрал деньги в кошелек. Опять повисла неловкая пауза, но сыщик быстро ее пресек:

— Значит, я был прав. Воймисты наняли бандита для отъема краденых средств. Сами мараться не захотели – и поплатились. Он убил Раутапяя, забрал деньги и сбежал с ними.

— Видимо, так и было.

— Да, но как сказать об этом полиции? Мол, я выяснил, что вор у вора дубинку украл, политики тут нет, давайте его поймаем. Кетола тут же меня спросит: а откуда такие сведения? Что я ему отвечу?

Лииканен встал, прошелся по комнате, потом стал барабанить по стене. Он думал. И резюмировал так:

— Не знаю.

Мужчины долго молчали, каждый искал выход и не находил хорошего решения. Наконец Лыков предложил: